Библиотека
Произведения
Иллюстрации
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Приложение. Стихотворения, посвященные Пушкину В. Л.

Послание Пушкину В. Л. (Пушкин А.С.)

Пушкин А.С. Райт Т. 1837. Гравюра
Пушкин А.С. Райт Т. 1837. Гравюра

 Скажи, парнасский мой отец,
 Неужто верных муз любовник
 Не может нежный быть певец
 И вместе гвардии полковник?
 Ужели тот, кто иногда
 Жжет ладан Аполлону даром,
 За честь не смеет без стыда
 Жечь порох на войне с гусаром
 И, если можно, города? 
 Беллона, Муза и Венера, 
 Вот, кажется, святая вера
 Дней наших всякого певца. 
 Я шлюсь на русского Буфлера
 И на Дениса храбреца, 
 Но не на Глинку офицера,
 Довольно плоского певца; 
 Не нужно мне его примера... 
 Ты скажешь: "Перестань, болтун!
 Будь человек, а не драгун; 
 Парады, караул, ученья - 
 Все это оды не внушит, 
 А только душу иссушит, 
 И к Марину для награжденья, 
 Быть может, прямо за Коцит
 Пошлют читать его творенья.
 Послушай дяди, милый мой: 
 Ступай себе к слепой Фемиде
 Иль к дипломатике косой! 
 Кропай, мой друг, посланья к Лиде,
 Оставь военные грехи
 И в сладостях успокоенья
 Пиши сенатские решенья
 И пятистопные стихи; 
 И не с гусарского корнета, - 
 Возьми пример с того поэта, 
 С того, которого рука
 Нарисовала Ермака
 В снегах незнаемого света, 
 И плен могучего Мегмета, 
 И мужа модного рога, 
 Который, милостию бога, 
 Министр и сладостный певец, 
 Был строгой чести образец, 
 Как образец он будет слога". 
 Все так, почтенный дядя мой,
 Почтен, кто глупости людской
 Решит запутанные споры; 
 Умен, кто хитрости рукой
 Переплетает меж собой
 Дипломатические вздоры
 И правит нашею судьбой. 
 Смешон, конечно, мирный воин, 
 И эпиграммы самой злой
 В известных "Святках" он достоин.
 Но что прелестней и живей
 Войны, сражений и пожаров,
 Кровавых и пустых полей, 
 Бивака, рыцарских ударов? 
 И что завидней бранных дней
 Не слишком мудрых усачей, 
 Но сердцем истинных гусаров? 
 Они живут в своих шатрах, 
 Вдали забав и нет и граций, 
 Как жил бессмертный трус Гораций
 В тибурских сумрачных лесах; 
 Не знают света принужденья, 
 Не ведают, что скука, страх; 
 Дают обеды и сраженья, 
 Поют и рубятся в боях. 
 Счастлив, кто мил и страшен миру;
 О ком за песни, за дела
 Гремит правдивая хвала; 
 Кто славил Марса и Темиру 
 И бранную повесил лиру
 Меж верной сабли и седла. 
 Но вы, враги трудов и славы,
 Питомцы Феба и забавы, 
 Вы, мирной праздности друзья,
 Шепну вам на ухо: вы правы, 
 И с вами соглашаюсь я! 
 Бог создал для себя природу,
 Свой рай и счастие глупцам,
 Злословие, мужчин и моду,
 Конечно, для забавы дам,
 Заботы знатному народу,
 Дурачества для всех, - а нам
 Уединенье и свободу!*

* (Печатается в лицейской редакции. Отрывок из послания "В. Л. Пушкину" был опубликован в "Полярной звезде" на 1824 г.)

1817

Путешествие N. N. в Париж и Лондон, писанное за три дни до путешествия (Дмитриев И.И.)

Дмитриев И.И. Гравюра Ческого И.В. с оригинала Эстеррейха Е. 1815
Дмитриев И.И. Гравюра Ческого И.В. с оригинала Эстеррейха Е. 1815

Часть первая

 Друзья! сестрицы! я в Париже! 
 Я начал жить, а не дышать! 
 Садитесь вы друг к другу ближе
 Мой маленький журнал читать: 
 Я был в Лицее, в Пантеоне, 
 У Бонапарта на поклоне; 
 Стоял близехонько к нему, 
 Не веря счастью моему. 
 Вчера меня князь Долгоруков
 Представил милой Рекамье; 
 Я видел корпус мамелюков, 
 Сиеса, Вестриса, Мерсье, 
 Мадам Жанлис, Виже, Пикара,
 Фонтана, Герля, Легуве, 
 Актрису Жорж и Фиеве; 
 Все тропки знаю булевара, 
 Все магазины новых мод; 
 В театре всякий день, оттоле
 В Тиволе и Фраскати, в поле. 
 Как весело! какой народ! 
 Как счастлив я! - итак, простите!
 Простите, милые! и ждите
 Из области наук, искусств
 Вы с первой почтой продолженья,
 Истории без украшенья, 
 Идей моих и чувств.

Часть вторая

 Против окна в шестом жилье
 Откуда вывески, кареты, 
 Всё, всё, и в лучшие лорнеты
 С утра до вечера во мгле, 
 Ваш друг сидит еще не чесан, 
 И на столе, где кофь стоит,
 "Меркюр" и "Монитер" разбросан, 
 Афишей целый пук лежит: 
 Ваш друг в свою отчизну пишет; 
 А Журавлев уж не услышит! 
 Вздох сердца! долети к нему! 
 А вы, друзья, за то простите
 Кое-что праву моему; 
 Я сам готов, когда хотите,
 Признаться в слабостях моих; 
 Я, например, люблю, конечно,
 Читать мои куплеты вечно, 
 Хоть слушай, хоть не слушай их;
 Люблю и странным я нарядом,
 Лишь был бы в моде, щеголять; 
 Но словом, мыслью, даже взглядом
 Хочу ль кого я оскорблять? 
 Я, право, добр! и всей душою
 Готов обнять, любить весь свет!.. 
 Я слышу стук!.. никак за мною? 
 Так точно, наш земляк зовет
 На ужин к нашей же - прекрасно!
 Сегюр у ней почти всечасно: 
 Я буду с ним, как счастлив я!
 Пришла минута и моя! 
 Простите! время одеваться, 
 Чрез месяц, два - я, может статься,
 У мачты буду поверять
 Виргилиеву грозну бурю; 
 А если правду вам сказать, 
 Так я глаза мои защурю
 И промыслу себя вручу. 
 Как весело! лечу! лечу!

Часть третья

 Валы вздувалися горами,
 Сливалось море с небесами, 
 Ревели ветры, гром гремел, 
 Зияла смерть, а N. N. цел! 
 А N. N. ваш в коротком фрачке, 
 В Вестминстере свернувшись в ком,
 Пред урной Попа бьет челом; 
 В ладоши хлопает на скачке,
 Спокойно смотрит сквозь очков
 На стычку Питта с Шериданом, 
 На бой задорных петухов
 Иль дога с яростным кабаном: 
 Я в Лондоне, друзья, и к вам
 Уже объятья простираю - 
 Как всех увидеть вас желаю!
 Сегодня на корабль отдам 
 Все, все мои приобретенья
 В двух знаменитейших странах! 
 Я вне себя от восхищенья! 
 В каких явлюсь к вам сапогах!
 Какие фраки! панталоны! 
 Всему новейшие фасоны! 
 Какой прекрасный выбор книг!
 Считайте - я скажу вам вмиг:
 Бюффон, Руссо, Мабли, Корнилий,
 Гомер, Плутарх, Тацит, Виргилий,
 Весь Шакеспир, весь Поп и Гюм;
 Журналы Аддисона, Стиля... 
 И всё Дидота, Баскервиля! 
 Европы целой собрал ум! 
 Ах, милые, с каким весельем
 Всё это будем разбирать! 
 А иногда я между дельем
 Журнал мой стану вам читать: 
 Что видел, слышал за морями, 
 Как сладко жизнь моя текла, 
 И кончу тем, обнявшись с вами: 
 А родина... все нам мила!

Примечания автора

  1. Представил милой Рекамье. Рекамье - жена парижского банкира, прославившаяся красотой своей.
  2. Сиеса, Вестриса, Мерсье. Первый - сенатор, игравший в революцию важную ролю; второй - славный танцовщик, а третий - давно известный писатель.
  3. Мадам Жанлис, Виже, Пикара. Первая - сочинительница романов и нескольких книг о воспитании; второй - приятный стихотворец; последний - лучший комический писатель нынешнего времени.
  4. Фонтана, Герля, Легуве. Три известные стихотворца.
  5. Актрису Жорж и Фиеве. Последний - сочинитель прекрасного романа и писем об Англии.
  6. В Тиволи и Фраскати, в поле. Так называются два гульбища.
  7. А Журавлев уж не услышит. Почтенный старик, который незадолго перед тем умер и дружен был с путешественником.
  8. В Вестминстере и проч. Для некоторых напомню, что в этом аббатстве издавна погребаются короли и славные мужи.
  9. И всё Дидота, Баскервиля. Также для некоторых: Дидот - славный французский типографщик, а: Баскервиль - английской*.

* (Впервые издано отдельной книжкой в Москве в 1808 г. тиражом в 50 экземпляров. В рукописях А. С. Пушкина сохранилась об этом издании заметка 1836 г.)

1803

Ответ на послание Василью Львовичу Пушкину (Вяземский П.А.)

Вяземский П.А. Литография с оригинала Ж. Вивьена. 1820-е гг.
Вяземский П.А. Литография с оригинала Ж. Вивьена. 1820-е гг.

 Ты прав, любезный Пушкин мой, 
 С людьми ужиться в свете трудно! 
 У каждого свой вкус, свой суд и голос свой! 
 Но пусть невежество талантов судией - 
 Ты смейся и молчи: роптанье безрассудно!
 Грудистых крикунов, в которых разум скудный
 Запасом дерзости с избытком заменен, 
 Перекричать нельзя; язык их - брань, искусство -
 Пристрастьем заглушать священной правды чувство,
 А демон зависти - их мрачный Аполлон! 
 Но их безвредное, смешное вероломство
 В борьбе с талантами не может устоять! 
 Как волны от скалы, оно несется вспять! 
 Что век зоила? - день! Век гения? - потомство!
 Учись - здесь Карамзин, честь края своего,
 Сокрывшихся веков отважный собеседник, 
 Наперсник древности и Ливия наследник, 
 Не знает о врагах, шипящих круг него. 
 Пускай дурачатся, гордясь рукоплесканьем
 Сотрудников своих. Их речи - тщетный звон! 
 Не примечая их, наказывает он
 Витийственный их гнев убийственным молчаньем. 
 Так путник, посреди садов, 
 Любуясь зеленью и свежими цветами, 
 Не видит под травой ползущих червяков, 
 Их топчет твердыми ногами
 И далее идет, не думая о них! 
 Оставим сих слепцов; их сумрачные очи, 
 Привыкшие ко тьме, бегут лучей дневных, - 
 И, пожелав им доброй ночи, 
 Сзовем к себе друзей своих
 Стихи читать, не зачитаться, 
 Поговорить и посмеяться
 На свой, подчас и счет других; 
 Но только с тем, чтоб осторожно! 
 И в дружеском кругу своем, 
 Поверь, людей еще найдем, 
 С которыми ужиться можно!* 

* (Вяземский Г1. А. Стихотворения. М.-Л., 1962, с. 112-113. I Стихотворение явилось откликом на "Послание к кн. Петру Андреевичу Вяземскому" В. Л. Пушкина, впервые напечатано в "Российском музеуме", 1815, № 3.)

1814

* * *
 Василий Львович милый! здравствуй! 
 Я бью челом на новый год! 
 Веселье, мир с тобою царствуй, 
 Подагру черт пусть поберет. 
 Пусть смотрят на тебя красотки 
 Как за двадцать смотрели лет, 
 И говорят - на зов твой ходки - 
 Что не стареется поэт. 
 Пусть цедится рукою Вакха 
 В бокал твой лучший виноград, 
 И будешь пить с Толстым* без страха, 
 Что за плечами Гиппократ. 
 Пусть Феб умножит в двадцать первый 
 На рифмы у тебя расход, 
 И кляп наложится Минервой 
 Всем русским Вральманам на рот. 
 Пусть Вестник, будто бы Европы, 
 По-европейски говорит, 
 И разных глупостей потопы 
 Рассудка солнце осушит. 
 Пусть нашим ценсорам дозволят 
 Дозволить мысли вход в печать; 
 Пусть баре варварства не холят 
 И не невежничает знать. 
 Будь в этот год, другим не равный: 
 Все наши умники умны, 
 Менандры невские забавны, 
 А Еврипиды не смешны, 
 Исправники в судах исправны, 
 Полковники не палачи, 
 Министры не самодержавны, 
 А стражи света не сычи. 
 Пусть щук поболе народится, 
 Чтоб не дремали караси; 
 Пусть белых негров прекратится 
Продажа на святой Руси. 
 Но как ни будь и в слове прыток, 
 Всего нельзя спустить с пера; 
 Будь в этот год нам в зле убыток 
 И прибыль в бюджете добра**.

* (Который, между прочим, женился на своей цыганке. (Примеч. автора.))

** (Вяземский Г1. А. Стихотворения. М.-Л., 1962, с. 188-189. I Стихотворение явилось откликом на "Послание к кн. Петру Андреевичу Вяземскому" В. Л. Пушкина, впервые напечатано в "Российском музеуме", 1815, № 3.)

1820

К кн. Вяземскому и В. Л. Пушкину. Послание (Жуковский В.А.)

Жуковский В.А. Гравюра Вендрамини Ф. с оригинала Кипренского О.А. 1817
Жуковский В.А. Гравюра Вендрамини Ф. с оригинала Кипренского О.А. 1817

 Друзья, тот стихотворец - горе, 
 В ком без похвал восторга нет.
 Хотеть, чтоб нас хвалил весь свет, 
 Не то же ли, что выпить море?
 Презренью бросим тот венец,
 Который всем дается светом; 
 Иная слава нам предметом, 
 Иной награды ждет певец. 
 Почто на Фебов дар священный
 Так безрассудно клеветать? 
 Могу ль поверить, чтоб страдать
 Певец, от Музы вдохновенный,
 Был должен боле, чем глупец,
 Земли бесчувственный жилец, 
 С глухой и вялою душою, 
 Чем добровольной слепотою
 Убивший все, чем красен свет,
 Завистник гения и славы? 
 Нет! жалобы твои неправы, 
 Друг Пушкин; счастлив, кто поэт;
 Его блаженство прямо с неба; 
 Он им не делится с толпой: 
 Его судьи лишь чада Феба; 
 Ему ли с пламенной душой
 Плоды святого вдохновенья
 К ногам холодных повергать
 И на коленах ожидать
 От недостойных одобренья? 
 Один, среди песков, Мемнон, 
 Седя с возвышенной главою,
 Молчит - лишь гордою стопою
 Касается ко праху он; 
 Но лишь денницы появленье
 Вдали восток воспламенит - 
 В восторге мрамор песнь гласит.
 Таков поэт, друзья; презренье
 В пыли таящимся душам! 
 Оставим их попрать стопам, 
 А взоры устремим к востоку.
 Смотрите: не подвластный року
 И находя в себе самом
 Покой, и честь, и наслажденья, 
 Муж праведный прямым путем
 Идет - и терпит ли гоненья,
 Избавлен ли от них судьбой - 
 Он сходен там и тут с собой; 
 Он благ без примеси не просит -
 Нет! в лучший мир он переносит 
 Надежды лучшие свои. 
 Так и поэт, друзья мои; 
 Поэзия есть добродетель; 
 Наш гений лучший нам свидетель.
 Здесь славы чистой не найдем -
 На что ж искать? Перенесем
 Свои надежды в мир потомства...
 Увы! "Димитрия" творец
 Не отличил простых сердец
 От хитрых, полных вероломства.
 Зачем он свой сплетать венец
 Давал завистникам с друзьями?
 Пусть Дружба нежными перстами
 Из лавров сей венец свила - 
 В них Зависть терния вплела; 
 И торжествует: растерзали
 Их иглы славное чело - 
 Простым сердцам смертельно зло:
 Певец угаснул от печали. 
 Ах! если б мог достигнуть глас
 Участия и удивленья
 К душе, не снесшей оскорбленья,
 И усладить ее на час!
 Чувствительность его сразила;
 Чувствительность, которой сила
 Мойны душу создала, 
 Певцу погибелью была. 
 Потомство грозное, отмщенья!.. 
 И нам, друзья, из отдаленья
 Рассудок опытный велит
 Смотреть на сцену, где гремит
 Хвала - гул шумный и невнятный;
 Подале от толпы судей! 
 Пока мы не смешались с ней
 Свобода друг нам благодатный; 
 Мы независимо, в тиши
 Уютного уединенья, 
 Богаты ясностью души, 
 Поем для муз, для наслажденья, 
 Для сердца верного друзей; 
 Для нас все оболыденья славы! 
 Рука завистников-судей
 Душеубийственной отравы
 В ее сосуд не подольет, 
 И злобы крик к нам не дойдет.
 Страшись к той славе прикоснуться,
 Которою прельщает Свет - 
 Обвитый розами скелет; 
 Любуйся издали, поэт, 
 Чтобы вблизи не ужаснуться. 
 Внимай избранным судиям: 
 Их приговор зерцало нам; 
 Их одобренье нам награда, 
 А порицание ограда
 От убивающия дар
 Надменной мысли совершенства.
 Хвала воспламеняет жар; 
 Но нам не в ней искать блаженства - 
 В труде... О благотворный труд,
 Души печальный целитель
 И счастия животворитель! 
 Что пред тобой ничтожный суд
 Толпы, в решениях пристрастной, 
 И ветреной, и разногласной? 
 И тот же Карамзин, друзья, 
 Разимый злобой, несраженный
 И сладким лишь трудом блаженный,
 Для нас пример и судия. 
 Спросите: для одной лишь славы
 Он вопрошает у веков, 
 Как были, как прошли державы, 
 И чадам подвиги отцов
 На прахе древности являет? 
 Нет! он о славе забывает
 В минуту славного труда; 
 Он беззаботно ждет суда
 От современников правдивых, 
 Не замечая и лица
 Завистников несправедливых. 
 И им не разорвать венца, 
 Который взяло дарованье; 
 Их злоба - им одним страданье. 
 Но пусть и очаруют свет - 
 Собою счастливый поэт, 
 Твори, будь тверд; их зданья ломки;
 А за тебя дадут ответ
 Необольстимые потомки5.

1814

Из посланий к кн. Вяземскому и Пушкину В.Л.

 Послушай, Пушкин-друг, твой слог отменно чист;
 Грамматика тебя угодником считает, 
 И никогда твой вкус не ковыляет. 
 Но, кажется, что ты подчас многоречист, 
 Что стихотворный жар твой мог бы быть живее, 
 А выражения короче и сильнее; 
 Еще же есть и то, что ты, мой друг, подчас
 Предмет свой забываешь! 
 Твое "посланье" в том живой пример для нас. 
 В начале ты завистникам пеняешь: 
 "Зоилы жить нам не дают! - 
 Так пишешь ты. - При них немеет дарованье, 
 От их гонения один певцу приют - 
 Молчанье!" 
 Потом ты говоришь: "И я любил писать; 
 Против нелепости глупцов вооружался; 
 Но гений мой и гнев напрасно истощался: 
 Не мог безумцев я унять! 
 Скорее бороды их оды вырастают, 
 И бритву критики лишь только притупляют; 
 Итак, пришлось молчать!" 
 Теперь скажи ж мне, что причиною молчанья
 Должно быть для певца? 
 Гоненье ль зависти? Или иносказанья, 
 Иль оды пачкунов без смысла, без конца?.. 
 Но тут и все погрешности посланья; 
 На нем лишь пятнышко одно, 
 А не пятно. 
 Рассказ твой очень мил; он кстати, легок, ясен! 
 Конец прекрасен! 
 Воображение мое он так кольнул, 
 Что я, перед собой уж всех вас видя в сборе,
 Разинул рот, чтобы в гремящем вашем хоре
 Веселию кричать: ура! и протянул 
 Уж руку, не найду ль волшебного бокала. 
 Но, ах! моя рука поймала
 Лишь Друга юности и всяких лет! 
 А вас, моих друзей, вина и счастья, нет!..*

* (Жуковский В. А. Собр. соч. в 4-х т., т. 1. М. - Л., 1959, с. 224-225. Послания В. А Жуковского явились ткликом на "Послание к кн. Петру Андреевичу Вяземскому" В. Л. Пушкина и "Ответ на послание Василью Львовичу Пушкину" П. А. Вяземского.)

1814

Батюшков К.Н.

Батюшков К.Н. Гравюра Ческого И.В. с оригинала Кипренского О.А. 1817
Батюшков К.Н. Гравюра Ческого И.В. с оригинала Кипренского О.А. 1817

* * *
 Тот вечно молод, кто поет
 Любовь, вино, Эрота
 И розы сладострастья жнет
 В веселых цветниках Буфлера и Марота.
 Пускай грозит ему подагра, кашель злой
 И свора злых заимодавцев: 
 Он всё трудится день-деньской
 Для области книгопродавцев. 
 "Умрет, забыт!" Поверьте, нет! 
 Потомство всё узнает: 
 Чем жил, и как, и где поэт, 
 Как умер, прах его где мирно истлевает. 
 И слава, верьте мне, спасет
 Из алчных челюстей забвенья
 И в храм бессмертия внесет
 Его и жизнь, и сочиненья*.

* (Из письма К. Н. Батюшкова к В. Л. Пушкину, от первой Головины марта 1817 г. Впервые напечатано в "Московском телеграфе", 1827, № 3.)

1817

* * *
 Чутьем поэзию любя, 
 Стихами лепетал ты, знаю, в колыбели; 
 Ты был младенцем, и тебя
 Лелеял весь Парнас и музы гимны пели,
 Качая колыбель усердною рукой: 
 "Расти, малютка золотой! 
 Расти, сокровище бесценно! 
 Ты наш, в тебе запечатленно
 Таланта вечное клеймо! 
 Ничтожных должностей свинцовое ярмо
 Твоей не тронет шеи: 
 Эротов розы и лилеи, 
 Счастливы Пафоса затеи, 
 Гулянья, завтраки и праздность без трудов,
 Жизнь без раскаянья, без мудрости плодов,
 Твои да будут вечно! 
 Расти, расти, сердечный! 
 Не будешь в золоте ходить, 
 Но будешь без труда на рифмах говорить,
 Друзей любить
 И кофе жирный пить!"*

* (Из письма К. Н. Батюшкова к В. Л. Пушкину, от первой Головины марта 1817 г. Впервые напечатано в "Московском телеграфе", 1827, № 3.)

1817

Баратынский Е.А.

Баратынский Е.А. Неизвестный художник. Бумага, свинцовый карандаш. Конец 1830-х гг.
Баратынский Е.А. Неизвестный художник. Бумага, свинцовый карандаш. Конец 1830-х гг.

* * *
 Откуда взял Василий непотешный
 Потешного Буянова? Хитрец
 К лукавому прибег с мольбою грешной.
 "Я твой,- сказал,- но будь родной отец,
 Но помоги". - Плодятся без усилья,
 Горят, кипят задорные стихи, 
 И складные страницы у Василья
 Являются в тетрадях чепухи*.

* (Баратынский Е А. Полн. собр. стихотворений. Л., 1957, с. 213. Из письма П. А. Вяземского к А. И. Тургеневу и В. А. Жуковскому от 6 января 1827 г.)

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2010-2013
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://a-s-pushkin.ru/ "A-S-Pushkin.ru: Александр Сергеевич Пушкин"