Библиотека
Произведения
Иллюстрации
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Шесть поэтов

Четыре поэта, четыре Александра, были причастны к делу 14 декабря: Александр Пушкин, Александр Грибоедов, Александр Бестужев (Марлинский) и Александр Одоевский. Имена Грибоедова, Бестужева (Марлинского) и Одоевского значатся в известном "Алфавите декабристов". Имени Пушкина нет в этом своде кратких биографий участников восстания, но вольнолюбивые стихи его были найдены в личных бумагах и обнаружены в следственных делах многих декабристов.

На Кавказе пути четырех поэтов скрестились. И здесь, правда, в разное время, оказались еще два поэта - Кюхельбекер и Лермонтов.

Пушкин познакомился с Грибоедовым в июне 1817 года, они одновременно поступили тогда на службу в коллегию иностранных дел. "Его меланхолический характер, его озлобленный ум, его добродушие, самые слабости и пороки, неизбежные спутники человечества,- все в нем было необыкновенно привлекательно",- писал Пушкин о Грибоедове.

Вскоре они расстались. Пушкин отправился в изгнание, Грибоедов начал дипломатическую службу в Персии.

В 1824 году, когда Пушкин находился еще в Михайловской ссылке, Грибоедов вернулся после шестилетнего отсутствия в Петербург.

Он поселился тогда вместе с Одоевским в нижнем этаже старинного трехэтажного дома Погодиной на Торговой улице, 5, и оба они были свидетелями грозного наводнения 1824 года.

"Ты, верно, теперь тот же кроткий, умный и прекрасный Александр, каким был в Стрельне и в Коломне, в доме Погодиной",- писал позже Грибоедов Одоевскому.

Грибоедов закончил в то время свою комедию "Горе от ума". Он стал самым популярным и желанным гостем в петербургских салонах. "Читал я ее Крылову, Жандру, Хмельницкому, Гречу и Булгарину, Колосовой, Каратыгину, дай счесть: восемь чтений,- писал Грибоедов одному из своих друзей.- Нет, обчелся, двенадцать... Грому, шуму, восхищенью, любопытству конца нет!.."

В письме к Бестужеву Пушкин дал такой отзыв о комедии Грибоедова: "не осуждаю ни плана, ни завязки, ни приличий комедии Грибоедова. Цель его - характеры и резкая картина нравов. В этом отношении Фамусов и Скалозуб превосходны. Софья начертана неясно: не то..., не то московская кузина. Молчалин не довольно резко подл... Les propos de bal*, сплетни, рассказ Репетилова о клобе, Загорецкий, всеми отъявленный и везде принятый,- вот черты истинно комического гения.- Теперь вопрос. В комедии "Горе от ума" кто умное действующее лицо? Ответ: Грибоедов... Между мастерскими чертами этой прелестной комедии - недоверчивость Чацкого в любви Софии к Молчалину прелестна! и как натурально! Вот на чем должна была вертеться вся комедия, но Грибоедов, видно, не захотел - его воля. О стихах я не говорю: половина должны войти в пословицу".

* (Бальная болтовня (фр.).)

"Горе от ума" сразу разошлось по России в многочисленных списках. Ни печатать, ни ставить комедию не разрешили, и Грибоедову так и не пришлось увидеть свою пьесу на сцене. Ее хотели поставить у себя, зимою 1824 года, тайком от начальства, ученики петербургской театральной школы, и Грибоедов явился однажды вместе с Кюхельбекером и Бестужевым на репетицию, но кто-то донес об этом, и спектакль не состоялся.

В дни восстания 1825 года Грибоедов находился на Кавказе. Он уехал туда еще весною, служил там при главнокомандующем Кавказским корпусом генерале Ермолове, но после восстания был арестован и препровожден в Петербург, где просидел несколько месяцев под арестом в здании Главного штаба. Ермолов очень хорошо относился к Грибоедову. Получив предписание об аресте Грибоедова, он сообщил ему об этом и дал возможность уничтожить компрометировавшие его бумаги. Во время следствия Грибоедов держался очень смело и независимо.

Находясь в заключении, он просил Булгарина: "Пришли мне Пушкина стихотворения на одни сутки..."

Вскоре он был освобожден.

Одновременно с Грибоедовым, в 1822 году, на Кавказе служил при Ермолове и Кюхельбекер. Они знакомы были еще со времени их службы в Коллегии иностранных дел и хорошо относились друг к другу. Но Кюхельбекер должен был вскоре оставить службу при Ермолове из-за ссоры с его племянником, неким Похвисневым.

Случайно узнав, что Похвиснев рассказывал в кругу друзей, будто он простотою своею втерся в доверие к Ермолову, Кюхельбекер ударил Похвиснева по лицу. Свидетелей при этом не было.

Кюхельбекер ожидал вызова на дуэль, но Грибоедов сказал, что Похвиснев на это не пойдет, а просто будет жаловаться Ермолову.

- Ну нет,- сказал Кюхельбекер.- Он у меня не отыграется. Я ему снова пощечину дам.

- Только публичную,- заметил Грибоедов. Кюхельбекер так и сделал. Явившись в собрание, он потребовал у Похвиснева объяснений. Тот отнекивался.

- Вот вам мой ответ! - сказал Кюхельбекер и снова ударил его по лицу.

Похвиснев пожаловался Ермолову. Генерал нахмурился, но сказал, что драться ему придется.

Дуэль состоялась. Похвиснев, как пострадавший, стрелял первым. Он целил в лоб, но, видимо, рассудив, что это может испортить его карьеру, стал целить в ногу. Пистолет дал осечку.

Кюхельбекер выстрелил в воздух...

Через несколько дней Ермолов писал аттестат покидавшему Кавказ Кюхельбекеру: "По краткости времени его здесь пребывания мало употребляем был в должности, и потому, собственно, по делам службы способности его не изведаны".

Кюхельбекер уехал в Москву, долго не мог устроиться на службу и существовал частными уроками и небольшими литературными заработками. Вместе с В. Одоевским издавал альманах "Мнемозина". Он сблизился в то время с литераторами-декабристами, в конце ноября 1825 года был введен Рылеевым в Северное тайное общество, через две недели принял участие в восстании на Сенатской площади, после разгрома восстания бежал, был схвачен уже в Варшаве и после суда отправлен в крепость.

Пушкин находился в Михайловском, когда повар Осиповой Арсений, вернувшись из Петербурга, сообщил о восстании декабристов. 24 июля 1826 года поэт узнал о жестокой расправе Николая I с восставшими, о казни пяти декабристов. Известие это произвело на него тяжелое впечатление. Многие из них были его близкими друзьями.

Перед тем Пушкин получил опечалившую его весть о смерти Амалии Ризнич, одесской знакомой, которую любил он "пламенной душой". Ее памяти он посвятил написанную тогда элегию:

 Под небом голубым страны своей родной 
 Она томилась, увядала...
 Увяла наконец, и, верно, надо мной 
 Младая тень уже летала...

И на этом же листке, получив известие о казни декабристов, сделал под стихотворением запись: "Усл. о с. Р. П. М. К. Б. 24".

Запись эта расшифровывалась так: "Усл<ышал> о с<мерти> Р<ылеева>, П<естеля>, М<уравьева>, К<аховского>, Б<естужева>, 24 <июля>".

Поэт не решился даже полностью назвать имена казненных...

Четырнадцатого августа Пушкин написал Вяземскому: "Повешенные повешены; но каторга 120 друзей, братьев, товарищей ужасна"...

Пушкин был в дружеских отношениях и в переписке со многими из декабристов. Николай I знал об этом и, приехав в Москву короноваться, вызвал Пушкина. 3 сентября 1826 года за Пушкиным прибыл фельдъегерь, и 8 сентября в Московском Кремле встретились поэт и царь.

А. Г. Хомутова, знакомая Пушкина, передавала слышанные ею, по ее словам, от самого поэта подробности беседы с ним царя:

"Фельдъегерь подхватил меня из моего насильственного уединения и на почтовых привез в Москву, прямо в Кремль, и всего покрытого грязью, меня ввели в кабинет императора, который сказал мне:

- Здравствуй, Пушкин, доволен ли ты своим возвращением?

Я отвечал как следовало. Государь долго говорил со мной, потом спросил:

- Пушкин, принял бы ты участие в 14 декабря, если б был в Петербурге?

- Непременно, государь, все друзья мои были в заговоре, и я не мог бы не участвовать в нем. Одно лишь отсутствие спасло меня, за что я благодарю бога!

- Довольно ты подурачился,- возразил император,- надеюсь, теперь ты будешь рассудителен, и мы более ссориться не будем. Ты будешь присылать ко мне все, что сочинишь: ныне я сам буду твоим цензором".

Шестнадцатого мая 1828 года Пушкин и Грибоедов встретились в Петербурге, в роскошном особняке графа Лаваля, дочь которого Екатерина Ивановна находилась тогда в Сибири вместе со своим мужем С. П. Трубецким.

Пушкин читал в тот вечер "Бориса Годунова". Салон был переполнен, среди слушателей находился и Мицкевич.

Грибоедов получил только что назначение министром-резидентом в Персию и был настроен нерадостно. Пушкин пытался успокоить его. Но Грибоедов ответил:

- Вы еще не знаете этих людей: вы увидите, что дело дойдет до ножей... Там моя могила. Чувствую, что не увижу более России.

Предчувствие не обмануло Грибоедова: он не вернулся на родину.

Во время тегеранской резни, в январе 1829 года, тело Грибоедова было так изрублено и изуродовано, что опознали его лишь по сведенному пальцу руки: ему прострелил ее в 1818 году на дуэли будущий декабрист А. И. Якубович. Ссора у них произошла на почве дуэли Шереметева с Завадовским из-за прославленной балерины той поры А. Е. Истоминой.

В марте 1829 года Пушкин направлялся из Петербурга на Кавказ в действовавшую тогда против турок армию генерала Паскевича. По пути он остановился в Москве и провел вечер у московского почт-директора А. Я. Булгакова.

Когда Пушкин сообщил, что едет на Кавказ в армию Паскевича, одна из дочерей хозяина сказала:

- Ах, не ездите! Там убили Грибоедова...

- Будьте покойны, сударыня,- ответил Пушкин,- неужели в одном году убьют двух Александров Сергеевичей? Будет и одного!

Вторая дочь Булгакова заметила:

- Байрон поехал в Грецию и там умер. Не ездите в Персию, довольно вам и одного сходства с Байроном...

Пушкин выехал и на Кавказе, у Гергерской крепости, встретил запряженную волами арбу. Она тяжело поднималась в гору. Несколько грузин сопровождали ее.

- Откуда вы? - спросил их Пушкин.

- Из Тегерана.

- Что везете?

- Грибоеда,- последовал ответ.

Так еще раз, уже с мертвым Грибоедовым, встретился Пушкин...

Возвращаясь в Петербург через Тифлис, поэт посетил могилу Грибоедова. Он долго стоял у нее, преклонив колени, а когда поднялся, на глазах его были слезы.

"Не знаю ничего завиднее последних годов бурной его жизни,- писал Пушкин.- Самая смерть, постигшая его посреди смелого, неравного боя, не имела для Грибоедова ничего ужасного, ничего томительного. Она была мгновенна и прекрасна".

Лишь в 1833 году вышла наконец в свет комедия Грибоедова "Горе от ума".

Пушкин и Александр Бестужев (Марлинский) познакомились еще до восстания 14 декабря. Бестужев внимательно следил за творчеством юного Пушкина. Приветствуя появление "Руслана и Людмилы", он писал своей сестре Елене Александровне: "За поэму Пушкина "Руслан и Людмила" восстала здесь ужасная чернильная война - глупость на глупости...". И одновременно - в "Сыне отечества": "...легкие пьесы не чуждаются выражений высоких. Батюшков, Жуковский, Пушкин в самых эротических сочинениях употребляли слова: денница, трикраты, скудель и т. п., потому что гений украшает все, до чего ни коснется".

В своей известной статье "Взгляд на старую и новую словесность в России" Бестужев писал в 1823 году о Пушкине: "Еще в младенчестве он изумил мужеством своего слога и в первой юности дался ему клад русского языка, открылись чары поэзии".

"Пушкин - везде Пушкин..." - замечает Бестужев в том же 1823 году в письме к Вяземскому, сообщая, что в Обществе любителей российской словесности он читал "маленькие пиески Пушкина", в том числе "Прощание"...

Предприняв в 1823 году вместе с Рылеевым издание литературного альманаха "Полярная звезда", Бестужев ведет деятельную переписку с Пушкиным. В каждой книжке этого альманаха он помещает его произведения. На "русских завтраках" у Рылеева Л. С. Пушкин читает произведения своего находящегося в ссылке брата.

Получив номер "Полярной звезды", Пушкин в письме к Бестужеву впервые перешел заочно на "ты": "Милый Бестужев, позволь мне первому перешагнуть через приличия и сердечно поблагодарить тебя за Полярную Звезду, за твои письма, за статью о литературе... Все это ознаменовано твоей печатью, то есть умом и чудесной живостью".

Прошло несколько лет. Декабристы уже отбывали каторгу. Пушкин возвращался из армии Паскевича, Бестужев направлялся из якутской ссылки рядовым в назначенный ему Кавказский полк. В одно и то же время они оба проезжали по Военно-Грузинской дороге, и Бестужев писал по этому поводу Н. А. Полевому: "Я рвал на себе волосы с досады,- сколько вещей я бы ему высказал, сколько узнал бы от него, и случай развел нас на долгие, может быть, на бесконечные годы".

Встретиться им так и не довелось.

В 1832 году вышли в свет "Русские повести и рассказы" А. А. Бестужева в восьми частях. На полках пушкинской библиотеки сохранился экземпляр этого издания...

Александр Бестужев находился в Тифлисе, когда пришла весть о гибели Пушкина, он писал своему брату Павлу: "В монастыре св. Давида, на могиле Александра Грибоедова слушал я панихиду, которую просил служить в память Александра Пушкина... и Александра Грибоедова... Когда священник возгласил за убиенных боляр Александра и Александра, я заплакал, зарыдал; мне казалось, мне чувствовалось, что отец духовный уже поминает и меня".

Бестужев не ошибся, предчувствуя свою близкую гибель. Он только что выздоровел тогда после продолжительной и опасной болезни. Ночью его неожиданно арестовали и посадили в Метехский замок, а на другой день отправили на телеге в Дербент. Его обвинили в том, что, проживая в Тифлисе для лечения болезни, он подстрекал офицеров не становиться в караул. Вместе с ним выслали из Тифлиса и его младшего брата Петра.

В тот же день выслали в разные места и других проживавших в Тифлисе декабристов. Во время сражения у Адлера, 7 июня 1837 года, Александра Бестужева сразила черкесская пуля, а затем черкесы так изрубили его, что после сражения не сразу могли найти его изуродованное тело. Он погиб через несколько месяцев после Пушкина...

Смерть Бестужева, талантливого писателя, известного под именем Бестужева (Марлинского), и всеми любимого товарища произвела на декабристов тягостное впечатление. "Александра - для нас, Марлинского - для русских не стало. Горько, Михайло!" - написал декабрист В. Н. Штейнгель находившемуся на каторге брату погибшего, Михаилу...

В Арзруме Пушкин оказался среди друзей и знакомых. В армии Паскевича находились декабристы, которым Николай I разрешил отправиться рядовыми на "погибельный Кавказ". Среди них были: З. Г. Чернышев, брат Александры Григорьевны, жены декабриста Никиты Муравьева; брат Ивана Пущина - Михаил; историк А. А. Корнилович, труды которого Пушкин высоко ценил; П. П. Коновницын, брат жены декабриста М. М. Нарышкина, и другие.

Командовал всеми этими "рядовыми" генерал Н. Н. Раевский-сын, давний друг Пушкина. Ко всем служившим под его началом декабристам он относился дружески. Все они часто встречались.

Здесь же находился и брат Пушкина, Лев Сергеевич, адъютант Раевского. В его лице все нашли хорошего и веселого товарища. Он часто читал на память стихи своего гениального брата и рассказывал всякие истории из его жизни.

Пребывание в армии обогатило Пушкина новыми впечатлениями. Приняв участие в стычке с турецкими всадниками, делибашами, поэт схватил пику одного из убитых казаков и на коне, в своей круглой шляпе и бурке, бросился в атаку. Три недели пробыл Пушкин в Арзруме...

С А. Одоевским Пушкин познакомился заочно. В декабрьские дни 1826 года он читал в московском салоне Зинаиды Волконской свое послание: "Во глубине сибирских руд...", которое направил декабристам с уезжавшей в Сибирь к мужу А. Г. Муравьевой. Одоевский, отбывавший каторгу в читинском остроге, послал Пушкину написанный им ответ декабристов:

 Струн вещих пламенные звуки
 До слуха нашего дошли...

Когда в 1837 году Одоевского и еще нескольких декабристов отправили из мест сибирского поселения на Кавказ, он писал, вырвавшись из Якутска:

 И мы - на юг! Туда, где яхонт неба рдеет 
 И где гнездо из роз себе природа вьет,- 
 И нас, и нас далекий путь влечет; 
 Но солнце там души не отогреет 
 И свежий мирт чела не обовьет... 
 Пора отдать себя и смерти и забвенью! 
 Но тем ли, после бурь, нам будет смерть красна, 
 Что нас не севера угрюмая сосна, 
 А южный кипарис своей покроет тенью? 
 И что не мерзлый ров, не снеговой увал 
 Нас мирно подарят последним новосельем, 
 Но, кровью жаркою обрызганный чакал, 
 Гостей бездомных прах разбросит по ущельям.

Своим вдохновенным поэтическим взором Одоевский точно смотрел в будущее, когда слагал эти стихи. Николай I направил декабристов в разные полки, и каждый из них, облачаясь в солдатскую шинель, думал о том, что еще ждет его: черкесская пуля или кавказская лихорадка? Одни нашли свои могилы под тенью южных кипарисов, другие были изрублены горцами в горных ущельях.

Шли годы...

В 1837 году Пушкин был убит на дуэли. На другой день по Петербургу, а затем и по всей России распространилось написанное 23-летним Лермонтовым стихотворение "Смерть поэта".

"Навряд ли когда-нибудь еще в России стихи производили такое громадное и повсеместное впечатление,- вспоминал известный критик В. В. Стасов.- Разве... перед тем "Горе от ума".

Николай I получил стихотворение Лермонтова в анонимной копии. По его приказу 21 февраля 1837 года Лермонтов был арестован, а 25 февраля переведен из гвардии в армейский Нижегородский драгунский полк и выслан из Петербурга на Кавказ.

На Кавказе Лермонтов особенно сблизился с Одоевским. Дружба их, к сожалению, была недолгой; 10 октября 1839 года Александр Одоевский неожиданно скончался в своей походной палатке, во время экспедиции на восточный берег Черного моря, на руках направленного с каторги на Кавказ члена тайного общества военных друзей К. Е. Игельстрома.

В 1839 году Лермонтов написал стихотворение "Памяти А. И. Одоевского":

 Я знал его: мы странствовали с ним 
 В горах востока и тоску изгнанья 
 Делили дружно; но к полям родным 
 Вернулся я, и время испытанья 
 Промчалося законной чередой; 
 А он не дождался минуты сладкой: 
 Под бедною походного палаткой 
 Болезнь его сразила, и с собой 
 В могилу он унес летучий рой 
 Еще незрелых, темных вдохновений, 
 Обманутых надежд и горьких сожалений! 

 И мрачных гор зубчатые хребты...
 И вкруг твоей могилы неизвестной
 Все, чем при жизни радовался ты,
 Судьба соединила так чудесно:
 Немая степь синеет, и венцом
 Серебряным Кавказ ее объемлет;
 Над морем он, нахмурясь, тихо дремлет,
 Как великан склонившись над щитом,
 Рассказам волн кочующих внимая,
 А море Черное шумит не умолкая.

Могила Александра Одоевского не осталась неизвестной: в поселке Лазаревском, недалеко от Сочи, она была найдена, и здесь, на самом берегу Черного моря, советские люди поставили Одоевскому памятник. Он был открыт в 1939 году, в сотую годовщину со дня смерти поэта.

Так, один за другим, погибли шесть больших поэтов. Все они ушли из жизни в расцвете своих творческих сил. Грибоедову было 34 года, Пушкину; как и Одоевскому,- 37 лет, Бестужеву (Марлинскому) - 40 лет.

Недолго после них прожил и Лермонтов: 17 июля 1841 года он был убит на дуэли Мартыновым. Ему было всего 27 лет...

В 1846 году, на сорок седьмом году жизни, после десятилетнего заключения в крепостях и десятилетней ссылки, больной и ослепший, в Тобольске скончался Кюхельбекер...

Один за другим умирали в те годы и другие поэты - друзья Пушкина. Рылеев был казнен в 1826 году, Веневитинов скончался в 1827 году, В. Пушкин - в 1830-м, Дельвиг - в 1831-м, Гнедич - в 1833-м, Дмитриев - в 1837-м, Давыдов - в 1839-м, Баратынский - в 1844-м. Стоя перед их свежими могилами, Вяземский писал в 1841 году:

 Смерть жизни жатву косит, косит
 И каждый день, и каждый час
 Добычи новой жадно просит
 И грозно разрывает нас. 

 Как много уж имен прекрасных
 Она отторгла у живых,
 И сколько лир висит безгласных
 На кипарисах молодых.

А в 1845 году Вяземский самому себе задавал вопросы:

 Уж не за мной ли дело стало?
 Теперь не мне ль пробьет отбой?

Вяземский скончался в 1878 году, на десятилетия пережив друзей своей юности...

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2010-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://a-s-pushkin.ru/ "A-S-Pushkin.ru: Александр Сергеевич Пушкин"