Библиотека
Произведения
Иллюстрации
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Последний владелец Михайловского

В семье Александра Сергеевича и Натальи Николаевны Пушкиных 14 мая 1835 года родился сын Григорий. Через два дня поэт сообщал Н. И. Гончаровой в Ярополец: "Милостивая государыня матушка Наталья Ивановна, Имею счастие поздравить Вас со внуком Григорьем и поручить его Вашему благорасположению. Наталья Николаевна родила его благополучно, по мучилась долее обыкновенного - и теперь не совсем в хорошем положении - хотя, слава богу, опасности нет никакой. Она родила в мое отсутствие, я принужден был по своим делам съездить во Псковскую деревню и возвратился на другой день ее родов. Приезд мой ее встревожил, и вчера она прострадала; сегодня ей легче. Она поручила мне испросить Вашего благословения ей и новорожденному".

Вскоре Наталья Ивановна прислала внуку подарок. Ему были рады и Пушкин, и Наталья Николаевна.

14 июля Александр Сергеевич писал теще: "Искренно благодарю Вас за подарок, который изволили Вы пожаловать моему новорожденному и который пришел очень кстати. Мы ждали Дмитрия Николаевича на крестипы, но не дождались. Он пишет, что дела задержали его..."

При крещении Гриши, состоявшемся 22 мая в Предтеченской церкви на Каменном острове, восприемниками его были друг Пушкина Василий Андреевич Жуковский и Екатерина Ивановна Загряжская.

Имя сыну поэт дал не случайно - в память о своем непокорном предке Григории Пушкине. Вот что писала об этом А. П. Арапова: "Мать рассказывала, что, когда родился второй сын, она хотела назвать его Николаем, но он пожелал почтить память одного из своих предков, казненных в Смутное время, и предоставил ей выбор между двумя именами: Гавриила и Григория. Она предпочла последнее"*.

* (Арапова А. П., 1908, № 11425.)

По свидетельству Надежды Осиповны Пушкиной, после рождения младшего сына Наталья Николаевна "стала красива, как никогда"*.

* (См.: Левкович Я. По неизвестным письмам. - "Звезда", 1974, № 6, с. 189.)

В день, когда Грише исполнился год, Александр Сергеевич писал жене из Москвы: "...сегодня день рождения Гришки, поздравляю его и тебя. Буду пить за его здоровье. Нет ли у него нового братца или сестрицы?* погоди до моего приезда. А я уж собираюсь к тебе".

* (В мае 1836 года Пушкины ждали четвертого ребенка. 23 мая Наталья Николаевна родила дочь Наташу. )

Строки эти датированы 14 мая 1836 года. А через восемь с половиной месяцев случилось непоправимое: Россия потеряла Пушкина. Младшему сыну поэта шел тогда второй год, отца он не помнил и знал его только по рассказам матери да по воспоминаниям других родственников.

В три года мальчик серьезно заболел, чем доставил Наталье Николаевне много беспокойства и переживаний.

15 мая 1838 года она писала брату Д. Н. Гончарову: "Ты будешь удивлен, увидев на моем письме московский штемпель, - я здесь уже несколько дней из-за здоровья Гриши, и как только консультации закончатся, снова вернусь в Ярополец... я здесь только для того, чтобы посоветоваться с врачами, никого не вижу, кроме них, и нахожусь в постоянной тревоге. Надеюсь, однако, что болезнь Гриши не будет иметь серьезных последствий, как я опасалась вначале".

...В 1848 году тринадцатилетнего Гришу по ходатайству Н. Н. Пушкиной зачислили пансионером во 2-ю Петербургскую гимназию, которую к тому времени закончил его брат Саша.

Наталья Александровна Меренберг. Фотография конца 1860-х - начала 1870-х гг.
Наталья Александровна Меренберг. Фотография конца 1860-х - начала 1870-х гг.

Затем Григорий, как и Александр, учился в Пажеском корпусе. Судя по письму их матери к П. П. Ланскому от 29 сентября 1849 года, "Гриша находится под влиянием брата, хочет ему подражать, и им все довольны". А в письме Натальи Николаевны от 10 сентября того же года читаем: "Там (в Пажеском корпусе. - В. Р.) я имела счастье узнать, что мой Гага* отличается: по-французски получил 10**, без ошибки написал диктант... Саша тоже имеет хорошие отметки".

* (Так Н. Н. Пушкина-Ланская называла иногда Гришу.)

** (В то время успеваемость оценивалась по 10-балльной системе.)

Н. Н. Пушкину радовали не только успехи детей в учении. Ей доставляли ни с чем не сравнимое удовольствие их живость, озорство, шалости, например, когда "Гриша и Паша (племянник П. П. Ланского. - В. Р.) переоделись женщинами и разыгрывали разные комические сценки, очень хорошо, особенно Гриша, у которого в этом отношении замечательный талант".

Пажеский корпус восемнадцатилетний Григорий Пушкин окончил в 1853 году, ему был присвоен чин корнета. Началась его служба в лейб-гвардии конном полку, которым командовал отчим П. П. Ланской и где служил уже старший брат Александр.

В 1860 году ротмистра Г. А. Пушкина назначили адъютантом к командиру отдельного гвардейского корпуса. В 1864-м он в звании подполковника состоял при министре внутренних дел...

Оставив военную службу в 1865 году, сын поэта некоторое время служил в одном из департаментов министерства внутренних дел. А еще через год Григорий Александрович, "будучи беден, но горд, предпочел не тягаться со знатью"* и в чине надворного советника переселился из Петербурга в Псковскую губернию, где когда-то его отец; "провел изгнанником два года незаметных".

* (Из письма праправнука А. С. Пушкина С. Е. Клименко школьникам от 26 марта 1964 года.)

В Михайловском сыновья и дочери поэта бывали еще в детстве. Впервые приехали туда 19 мая 1841 года. Сопровождаемые матерью, они посетили могилу отца в Святогорском монастыре...

Четверть века спустя, в 1866 году, Г. А. Пушкин без сожаления променял суетный Петербург "на мирный шум дубров, на тишину полей" Михайловского. Чванливому великосветскому обществу он предпочел дорогой для него уголок псковской земли - на века прославленный отцом-поэтом "приют спокойствия, трудов и вдохновения".

Наталья Александровна Меренберг с мужем  принцем Николаем Вильгельмом Нассауским. Фотография 1880-х гг.
Наталья Александровна Меренберг с мужем принцем Николаем Вильгельмом Нассауским. Фотография 1880-х гг.

Согласно семейным преданиям, в Петербурге Г. А. Пушкина не только "тяготила роль бедного офицера", но и обошло личное счастье. "Сделав предложение какой-то петербургской красавице и получив отказ, - пишет Е. Н. Бибикова, - он вышел в отставку и уехал навсегда" из столицы. По отправился в деревню не один. "За ним,- продолжает мемуаристка, - поехала... француженка, скромная девушка, и посвятила ему всю жизнь... Моя мать венчалась с моим отцом в Михайловском, и ее собирала под венец его подруга (француженка. - В. Р.)"*.

* (ИРЛИ, ф. 244, он. 20, № 175.)

О том, что "Гриша смущал" мать "продолжительной связью с одной француженкой", упоминает А. П. Арапова в своих воспоминаниях о Н. Н. Пушкиной-Ланской*.

* (Арапова А. П., 1908, № 11449.)

По словам правнучки Пушкина С. П. Вельяминовой, Григорий Александрович почти двадцать лет состоял в неофициальном браке с француженкой, у которой родились от него три дочери. Однако выяснить что-нибудь об их судьбе мне так и не удалось. Г. А. Пушкин и его подруга "разошлись по-хорошему, так как она была неизлечимо больна", и сын поэта "горестно оплакивала ее.

В октябре 1883 года сорокавосьмилетний Г. А. Пушкин женился на Варваре Алексеевне Мельниковой, в первом замужестве Мишковой, с которой познакомился на балу в Петербурге в начале 1880-х годов. Венчание их состоялось в Вильне (старое название Вильпюса) - городе, где в сохранившейся до наших дней православной Пятницкой церкви Петр I в 1705 году крестил Абрама Ганнибала, прадеда Пушкина...

Вскоре после свадьбы Григорий Александрович и Варвара Алексеевна Пушкины уехали на Псковщину. В Михайловском они жили почти безвыездно до лета 1899 года.

Еще в 1867 году Григорий Александрович был произведен в коллежские советники. В декабре 1875-го его утвердили почетным мировым судьей по Опочецкому уезду. Эти общественные обязанности он исполнял в течение многих лет. Был также присяжным заседателем Петербургского окружного суда. В феврале 1896 года сын поэта получил чин статского советника.

В середине 1860-х годов, когда Г. А. Пушкин переехал в Михайловское, старый ганнибаловский дом, в котором жил А. С. Пушкин, стал совсем ветхим, и сын поэта продал его на своз, а себе построил на старом фундаменте новый, сильно отличавшийся от прежнего - пушкинского. Зато Григорий Александрович неустанно заботился о сбережении "Домика няни": его он считал "единственной постройкой, сохранившейся со времени отца в Михайловском"*.

* (Гейченко С. С. "Домик няни" в Михайловском. Псков, 1958, с. 3.)

Г. А. Пушкин бережно хранил и многие вещи отца. Среди них были стальная сабля, подаренная поэту генералом И. Ф. Паскевичем в память об арзрумском походе 1829 года (на юбилейной Пушкинской выставке 1899 года она экспонировалась в специально изготовленном для нее футляре, была сделана и серебряная дощечка к ней с гравированной надписью); портрет Пушкина, выполненный художником Жюлем Верне по заказу самого поэта и подаренный им М. И. Осиповой, от которой впоследствии перешел к младшему сыну Пушкина*; другие портретные изображения отца; жестяная масляная лампа, при свете которой Александр Сергеевич работал в Михайловском...

* (См.: Либрович С. Пушкин в портретах. СПб., 1890. с. 16.)

По свидетельству К. Я. Грота, 19 октября 1880 года - в очередную годовщину открытия Царскосельского лицея (в 1843 году переведен в Петербург и переименован в Александровский) - бывшие лицеисты первых семи выпусков устроили торжественный обед. Они пригласили и Г. А. Пушкина*. Григорий Александрович с благодарностью принял приглашение на обед, потому что все, связанное с памятью об отце, для него было священно.

* (См.: Руденская М., Руденская С. Они учились с Пушкиным. Лениздат, 1976, с. 179.)

Близко знавший Григория Александровича Ю. М. Шокальский*, внук А. П. Керн, писал о нем: "В тишине своего деревенского уединения он интересовался многим и, между прочим, постоянно следил за всем, что появлялось в литературе об его отце. У него имелась полная коллекция разных изданий сочинений А. С. Пушкина, а в последние годы жизни он несколько раз высказывал мне свое удовольствие по поводу появления хороших новых изданий трудов его отца. Видно было, что он с ними знаком обстоятельно"**.

* (Юлий Михайлович Шокальский (1856-1940)-в будущем знаменитый советский океанограф, почетный член АН СССР, профессор Военно-морской академии и Ленинградского государственного университета, президент Географического общества СССР. )

** (Здесь и далее воспоминания Ю. М. Шокальского цит. по кн.: Пушкин и его современники. Материалы и исследования, вып. 4. СПб., 1906, с. 187-195.)

Однако публикация пушкинских сочинений приносила детям поэта, в том числе и Григорию Александровичу, не только радость и удовлетворение. Нередко издатели, руководствуясь самыми благими намерениями - представить на суд читателей новые страницы великого наследия Пушкина, действовали слишком бесцеремонно, чем глубоко огорчали его ближайших родственников.

Так, еще в начале 1858 года двадцатидвухлетний Григорий Пушкин вынужден был обратиться с жалобой к А. С. Норову - министру народного просвещения, возглавлявшему цензурное ведомство. Поводом для недовольства послужило обнародование в первом номере журнала "Библиографические записки" за 1858 год ранее не публиковавшихся писем А. С. Пушкина к брату Льву Сергеевичу, переданных С. А. Соболевским.

Наталья Александровна Воронцова-Вельяминова, внучка А. С. Пушкина. Фотография 1899 г.
Наталья Александровна Воронцова-Вельяминова, внучка А. С. Пушкина. Фотография 1899 г.

От имени всех наследников поэта Григорий Александрович добивался, чтобы "цензура, как здесь, так и в других городах России, не одобряла к печати записок, писем и других литературных и семейных бумаг отца моего без ведома и согласия нашего семейства"*.

* (Цит. по ст.: Житомирская С. В. К истории писем Н. Н. Пушкиной. - "Прометей", т. 8. М., "Молодая гвардия", 1971, с. 152.)

В феврале министр сделал надлежащее замечание издателю журнала и московскому цензору за публикацию писем Александра Сергеевича, "в коих многое не должно было являться в печать, как оскорбляющее чувство приличия и самое чувство уважения к памяти великого поэта... и за оказавшиеся там же неуместные шутки и, отзывы об отце и родственниках Пушкина, личности, неблагопристойности и многие другие неуместности"*.

* (Цит. по ст.: Порудоминский В. И. "Я полюбил Пушкина еще больше..." - "Прометей", т. 10. М., "Молодая гвардия", 1974, с. 209.)

Но принятые А. С. Норовым "меры" не принесли успокоения Г. А. Пушкину и его близким: во втором номере "Библиографических записок" публикация писем поэта к брату была продолжена, а в четвертом - завершена*, и по-прежнему без необходимых купюр.

* (В третьем номере журнала печатались письма А. С. Пушкина к Н. В. Гоголю. )

В 1880-х годах Г. А. Пушкин писал псковскому губернатору и в духовную консисторию о том, что необходимо наконец привести в порядок могильный холм в Святогорском монастыре; в противном случае он вынужден будет перевезти прах отца в Михайловское.

Дело в том, что, хотя Григорий Александрович каждый год ремонтировал могилу Пушкина, небольшая площадка у стены Успенского собора, на которой покоились останки поэта, а также его родителей, деда и бабки, постоянно оползала: в зимнюю стужу земля давала глубокие трещины, осенью и весной ее размывало дождями. Нужно было основательно укрепить скаты Синичьего холма, чтобы предотвратить полное разрушение фамильного кладбища Пушкиных. Это требовало значительных средств, которыми Г. А. Пушкин не располагал.

В Михайловском, где все дышит памятью о Пушкине, многое напоминает и о его младшем сыне. Еще в 1890-х годах перед домом в центре зеленого газона Г. А. Пушкин посадил вяз, который давно уже стал могучим, раскидистым, гармонично вписавшимся в михайловский пейзаж. Сохранился и построенный Григорием Александровичем в 1870-х годах каменный амбар для храпения льна*.

* (Теперь в нем, после реконструкции здания, размещены хранилище музейного фонда, научная библиотека и архив Государственного музея-заповедника А. С. Пушкина.)

Когда буря сломала последнюю из трех сосен, росших "На границе владений дедовских", Григорий Александрович приказал срубить ее, так как, по его словам, она стала опасной для людей. Но предварительно он пригласил фотографа, и тот сделал снимок покалеченного дерева.

Из ствола сосны сын поэта нарезал около десятка брусочков, к которым прикрепил серебряные пластинки с памятной надписью. Эти сувениры Г. А. Пушкин послал брату Александру, сестре Наталье, свояченице М. А. Философовой, Ю. М. Шокальскому, Александровскому лицею, Академии наук, поэту К. К. Случевскому...

Через несколько лет, переезжая в Вильну, сын поэта взял с собой и часть ствола сосны, до того хранившуюся в его кабинете. Правда, большой кусок его он оставил Псковскому пушкинскому комитету, в ведение которого Михайловское перешло в 1899 году. Эту пушкинскую реликвию и сейчас можно видеть в доме поэта в Михайловском. Там же находится и экземпляр сувенира, принадлежавший М. А. Философовой.

Памятный брусок исторической сосны, который был у А. А. Пушкина, в настоящее время хранится в семье брюссельских потомков поэта. К этому экземпляру пластины-пресса, как свидетельствует писатель М. Л. Поляновский, прикреплены две металлические дощечки разного формата. На большей из них выгравированы строки из стихотворения Пушкина "...Вновь я посетил":

 На границе Владений дедовских, на месте том, 
 Где в гору подымается дорога, 
 Изрытая дождями, три сосны 
 Стоят - одна поодаль, две другие 
 Друг к дружке близко...

На меньшей дощечке пояснительная надпись: "Часть последней сосны, сломанной бурей 5 июля 1895 года. Село Михайловское"*.

* (Поляновский Макс. Остановись, мгновение... 36 фотоповелл. М., "Советская Россия", 1968, с. 80-81.)

К брусочку, подаренному Случевскому, Григорий Александрович прикрепил свою визитную карточку, поставил на ней дату "28 мая 1899 г.", ниже которой приписал: "...просит многоуважаемого Константина Константиновича принять на память кусок последней сосны, воспетой его отцом"*.

* (См.: Февчук Л. П. Личные вещи А. С. Пушкина. Л., "Аврора", 1970, с. 69, 73.)

Теперь эта реликвия, как и брусок, подаренный сыном поэта Шокальскому, хранится в фондах Всесоюзного музея А. С. Пушкина.

В воспоминаниях Ю. М. Шокальского подчеркивается благотворное нравственное влияние младшего сына Пушкина на окружавших его людей. По словам автора, все, кто общался с Григорием Александровичем, "невольно подтягивались в его обществе". "Влияние это, - пишет Шокальский, - сказывалось даже в мелочах: достаточно ему было раз сказать мне на привале: "Никогда не пейте водки", чтобы я отказался от нее и - уже навсегда".

Пейзаж. Рисунок Н. А. Воронцовой-Вельяминовой
Пейзаж. Рисунок Н. А. Воронцовой-Вельяминовой

О дружеском расположении сына поэта к Юлию Шокальскому писала последнему мать - Екатерина Ермолаевна Шокальская (урожденная Керн): "...меня посетил Григорий Александрович, который очень нежно о тебе справлялся, ждет тебя с нетерпением и велит тебе сказать, что к твоему приезду будет дома"*.

* (Цит. по ст.: Вересова Т. Шокальский - внук А. П. Керн. - "Псковская правда", 1977, 22 мая.)

Люди простого звания, помнившие младшего сына Пушкина и его жену, рассказывали об их душевной щедрости, добром, сердечном отношении к .каждому, кто нуждался в помощи и поддержке.

Например, бывший слуга Г. А. Пушкина Федор Иванович Иванов (жил в деревне Бусыги, в нескольких километрах от Михайловского, умер девяноста шести лет от роду в 1967 году) в глубокой старости вспоминал о давно минувшем: "Если кто-либо из крестьян не мог возвратить долг в течение года-двух, Григорий Александрович говорил: "Иван*, нужно простить человеку долг, раз он не может его вернуть""**.

* (Иван Поликарпович - отец Ф. И. Иванова, повар в селе Михайловском, через которого крестьяне обращались к Г. А. Пушкину во всех затруднительных для них случаях. )

** (Леонидов Ф. Рассказ Федора Ивановича. - "Пушкинский праздник" (спец. вып.), 1973, 30 мая - 6 июня; 1976, 4-9 июня. В записанном Ф. Леонидовым рассказе Ф. И. Иванова имеются явные ошибки и досадные неточности, свидетельствующие о том, что память престарелого крестьянина пе была "исключительной", а ум - "ясным", хотя автор статьи и наделил его этими лестными качествами. Так, жену Г. А. Пушкина Федор Иванович называет Верой Александровой. Неверно и сообщение о том, что "мадам" увезла из Михайловского всю обстановку дома, оставив Григорию Александровичу "только стены". Известно, что часть вещей, в том числе и принадлежавших А. С. Пушкину, его сын перевез в Маркучай. Некоторые из них хранятся там и сегодня, другие похищены в годы войны или пропали неизвестно когда.)

Ценные сведения о взаимоотношениях Г. А. Пушкина с крестьянами содержатся в очерке журналиста С. Яблоновского, побывавшего в Михайловском незадолго до 100-летия со дня рождения Пушкина: "...крестьяне арендуют землю очень дешево... по мнению местных купцов, они платят впятеро меньше того, что можно было бы с них взять..." По словам Яблоновского, Григорий Александрович опасался того, что в связи с его отъездом в Вильну "арендная плата будет повышена" и положение окрестных крестьян резко ухудшится.

Как рассказывала горничная Пушкиных А. Е. Романова, ее хозяева "были люди честные и добрые. Всех кормили, поили и всем помогали". Ее сына Сережу они послали учиться на свой счет в военно-медицинское училище*.

* (Из воспоминаний Р. С. Федоровой, внучки А. Е. Романовой, записанных для автора книги И. В. Зайцевым в декабре 1975 года. Он же прислал три свидетельства (подлинник и две ксерокопии), выданные в 1903, 1907 и 1910 годах В. А. Пушкиной А. Е. Романовой и удостоверяющие, что горничная добросовестно относилась к своим обязанностям.)

Многие современники Г. А. Пушкина отмечали в своих воспоминаниях гостеприимство, любезность, радушие последнего владельца Михайловского, называли его талантливым рассказчиком-импровизатором, остроумным собеседником, тонким ценителем природы. У Ю.. М. Шокальского читаем: "Он искренно любил природу и всегда любовался ею; как настоящий художник в душе - он умел находить красоту во всех проявлениях ее, чувствовать и оценивать ее". Н. Л. Павлищев рассказывал: "Григорий Александрович не был чужд поэзии; он... написал несколько юмористических стихотворений, но произведений своих никогда не печатал, находя их неподходящими для печати"*.

* (Павлищев Николай. По поводу кончины Г. А. Пушкина. - "Виленский вестник", 1905, 25 августа. Н. Л. Павлищев, двоюродный племянник Г. А. Пушкина, гостил в Михайловском в 1891 и 1892 годах.)

Писали и о портретном сходстве сына с отцом. Так, С. Яблоновский сообщал: "...я невольно поразился огромным сходством Григория Александровича с отцовскими портретами: такой же нос, такой же лоб, тот же склад лица, только волосы не вьются, да длинная седая борода".

Яблоновский подчеркивал, что, вопреки всяким небылицам и сплетням, распространявшимся корреспондентами газет о младшем сыне Пушкина, о его нелюдимости и равнодушном отношении к памяти отца, Григорий Александрович оказался "изысканным джентльменом и утонченным европейцем"*, хлебосольным хозяином Михайловского, достойным наследником знаменитого отца.

* (Первая часть очерка С. Яблоновского, "У Григория Александровича Пушкина", опубликована в газете "Сын отечества", 1899, 9, 10, 11 февраля. Перепечатана в газете "Бессарабец" 13 и 16 февраля того же года. Отклики на очерк появились в 19 газетах.)

"Вылитым отцом" называли Г. А. Пушкина многие его современники. "Африканские черты" лица Григория Александровича, "поразительно похожего на Александра Сергеевича", отмечали и его двоюродный брат Л. Н. Павлищев, и известный антрополог, профессор Д. П. Анучин*.

* (Л. Н. Павлищев - Д. Н. Анучину, 8 февраля 1899 года; Из дневника Д. Н. Анучина. - В кн.: Всесоюзная библиотека имени В. И. Ленина. Труды. Сб. 4. М., Соцэкгиз, 1939, с. 165, 158.)

Другие без труда находили в сыне поэта черты личности его матери. Например, С. П. Вельяминова в беседе с автором говорила:

- Григория Александровича я никогда не видела, хотя, когда он умер, мне было уже двадцать лет. Но по рассказам моей матери, Натальи Александровны Воронцовой-Вельяминовой, и ее сестры, Анны Александровны Пушкиной, знаю, что он, человек мягкий, очень спокойный, характером был в Гончаровых.

Наталья Александровна Воронцова-Вельяминова с мужем Павлом Аркадьевичем и детьми (слева направо):Феодосием, Михаилом, Марией, Софьей, Верой. Фотография 1890-х гг.
Наталья Александровна Воронцова-Вельяминова с мужем Павлом Аркадьевичем и детьми (слева направо):Феодосием, Михаилом, Марией, Софьей, Верой. Фотография 1890-х гг.

О том, что Григорий Александрович "в молодости был красавцем и лицом, как и характером, напоминал свою мать", писала мне и Наталья Сергеевна Шепелева. Она же рассказывала, что Г. А. Пушкина очень любили его племянницы Анна Александровна и Вера Александровна. Они подчеркивали, что дядя Гриша был человек славный, умный и чуткий и что после петербургского "надлома" он жил "скромно, незаметно, не на виду", нисколько не заботясь о карьере, памятью отца дорожил, по никогда не афишировал этого.

Познакомившийся с Г. А. Пушкиным в 1880-х годах Г. М. Ладыженский, внук Е. Н. Вревской, детство и молодость которого прошли в имении Голубово, находившемся неподалеку от Михайловского, отмечал в своих записках "Знакомство с Григорием Александровичем Пушкиным" (1926), что "младший сын поэта не только внешностью, по и характером был очень похож на отца. Те же живость, подвижность, здоровая нервность, быстрая восприимчивость и отзывчивость, жизнерадостность, пожалуй, такая же страстность"*. На охоте же, по словам Ладыженского, "живость его характера сказывалась еще больше". "Яростным охотником" называл Григория Александровича Д. Философов, относивший к самым светлым воспоминаниям своего детства "длинные вечера в селе Богдановском", в 60 верстах от Михайловского, куда "приезжали, конечно с ночевкой, приятели и родственники отца" и где сын поэта также "принимал иногда участие" в интересных беседах**.

* (ИРЛИ, ф. 244, оп. 20, № 207.)

** (Философов Д. Соседи Пушкина по с. Михайловскому. - "Речь", 1911, 26 мая.)

Говоря о Г. А. Пушкине - страстном и умелом охотнике, - хочется еще раз сослаться на воспоминания Ю. М. Шокальского. "К своему любимому развлечению - охоте, - писал Юлий Михайлович, - он относился, как и ко всему,- серьезно... Охоту он любил и знал ее в совершенстве".

Предметом особой гордости Григория Александровича была его псарня. Она славилась на всю округу. Не менее, чем собак, любил он и лошадей.

В уже цитированном очерке С. Яблоновского говорится: "Григорий Александрович большой садовод, и стараниями его в Михайловском заведены превосходные парники, оранжереи и насажен фруктовый сад из самых дорогих и редких пород. Сад содержится по-европейски, в образцовом порядке..."

Передовые русские люди понимали, что "счастливый домик" Пушкина в Михайловском, его "малый сад, и берег сонных вод, и сей укромный огород" нужно непременно сохранить для будущих поколений, сделать их заповедным пушкинским уголком. Вот почему перед столетием со дня рождения Пушкина сын поэта учел настоятельные просьбы писателей, ученых, общественности о продаже михайловской усадьбы в казну.

В Михайловском решено было устроить богадельню для престарелых литераторов, а в Святых Горах - библиотеку-читальню.

За десять месяцев до 100-летия поэта, 12 июля 1898 года, предводитель дворянства Опочецкого уезда Г. Ф. Карпов обратился к Г. А. Пушкину (как, вероятно, и к другим детям поэта) с письмом, в котором, в частности, говорилось: "Мною получен утвержденный... устав богадельни и читальни в Святых Горах в память Александра Сергеевича Пушкина, по которому Вы, супруга Ваша Варвара Алексеевна, Александр Александрович

Мария Александровна Быкова, внучка А. С. Пушкина. Фотография середины 1900-х гг.
Мария Александровна Быкова, внучка А. С. Пушкина. Фотография середины 1900-х гг.

Пушкин, графиня Наталья Александровна Меренберг и Мария Александровна Гартунг считаются почетными членами попечительства с правом решающего голоса по всем вопросам, могущим возникнуть как по содержанию богадельни и читальни, так и другим, касающимся памяти А. С. Пушкина, на что необходимо Ваше согласие...*"

* (ИРЛИ, ф. 246, № 58.)

Незадолго до юбилейных торжеств Григорий Александрович снова возвращается к остро волновавшей его мысли: надо перенести останки Пушкина в Михайловское. "Раз здесь будет учреждение имени моего отца,- говорил он С. Яблоновскому, - раз из Михайловского хотят создать, так сказать, вечный памятник отцу, то само собой очевидно, что и прах его должен покоиться здесь же, а не в Святых Горах... Сверх того, и присмотр за могилой здесь будет совершенно иной".

Трудно сказать, как решился бы вопрос о новом месте погребения Пушкина, если бы Григорий Александрович и после пушкинского юбилея продолжал оставаться владельцем родового имения...

В дни праздника Г. А. Пушкин пожертвовал 1000 рублей на богадельню имени отца, дал денег и на обед бедным. Вместе с братом А. А. Пушкиным и другими родственниками Григорий Александрович участвовал в возложении серебряного венка на могилу отца. Сыновья поэта оставили свои автографы в книге "В память Александра Сергеевича Пушкина", учрежденной в 1897 году в Михайловском.

А вскоре после пушкинского юбилея Г. А. Пушкин уехал с женой в ее имение Маркучай под Вильной, где и провел последние шесть лет своей жизни.

По словам очевидца, Григорий Александрович, навсегда покидая Михайловское, "много плакал и убивался, а как пришло время садиться в карету, стал на колени, перекрестился, поклонился до земли дедовской усадьбе, рощам и саду и сказал: "Прощайте, милые мои, навсегда!""*.

* (Гейченко С. С. У лукоморья. Изд. 3-е, доп. Лениздат, 1977, с. 192.)

Маркучай, упоминаемый в архивных документах уже в XIV веке, - окраина нынешнего Вильнюса. Усадьба отделена от старых районов города причудливо извивающейся речкой Вильняле. Места здесь красивые, живописные. На высоком холме раскинулся старый парк, по-домашнему уютный, светлый. Уже издали видна центральная часть окруженного вековыми липами и кленами одноэтажного, с антресолями и верандой, дома. Справа, чуть в стороне от него, небольшая часовня, построенная в 1903 году. Возле нее, на семейном кладбище Мельниковых, в августе 1905 года похоронили Григория Александровича Пушкинa. Многие газеты извещали читателей о кончине младшего сына поэта*.

* (Виленский вестник", 1905, 17, 18, 19, 23 августа; "Русь", 1905, 21 августа; "Новое время", 1905, 24 августа; "St. Petersburger Zeitung", 1905, № 236, и др.)

Имение Маркучай В. А. Пушкина (Мельникова) получила в наследство от отца - Алексея Петровича Мельникова. Он и его брат Павел Петрович окончили Петербургский институт инженеров путей сообщения (ныне ЛИИЖТ имени академика В. Н. Образцова). Профессор П. П. Мельников был видным ученым, основоположником науки об изыскании и проектировании железных дорог, автором проекта и строителем железнодорожной линии Петербург - Москва*. А инженер-полковник (позднее инженер-генерал) Алексей Петрович Мельников занимался строительством железной дороги Петербург - Вильпа. В 1867 году он купил у доктора Годлевского дачный участок Маркучай, в течение короткого времени построил там дом и благоустроил всю усадьбу.

* (Сведения о П. П. Мельникове сообщил автору книги доктор технических наук, профессор М. И. Воронин (Ленинград).)

Варвара Алексеевна, человек разносторонних интересов, проявляла трогательное внимание ко всему, что было связано с Пушкиным. В Виленской русской гимназии, носившей имя великого поэта, она нередко присутствовала на экзаменах, приезжала и на гимназические вечера, ко всем делам этого учебного заведения относилась с живейшим участием. А сам Григорий Александрович был членом судебной палаты Вильны.

По преданию, В. А. Пушкина уже в почтенном возрасте часто повторяла: "Я - счастливейшая из женщин России, мне выпала редкостная судьба быть невесткой Пушкина"*.

* (См.: Храброва И. Сокровища усадьбы Маркучяй. - "Огонек", 1978, № 23, с. 19.)

И даже много лет спустя после смерти мужа она ежегодно в начале июня устраивала в своем доме традиционный бал в память Пушкина. Бал совпадал с днем рождения Александра Сергеевича. И на нем нередко бывали литераторы Литвы и Польши, поклонники двух великих поэтов - Пушкина и Мицкевича, страстно мечтавших "о временах грядущих, когда народы, распри позабыв, в великую семью соединятся".

Осенью 1935 года Варвара Алексеевна предлагала полномочному представителю СССР в тогдашней буржуазной Литве приобрести хранившиеся у нее пушкинские реликвии, в том числе четыре кресла, две книжные полки и акварельный портрет Н. П. Пушкиной. Однако вещи эти куплены не были из-за кончины В. А. Пушкиной.

Николай Владимирович Быков, племянник Н. В. Гоголя. Фотография 1910 г.
Николай Владимирович Быков, племянник Н. В. Гоголя. Фотография 1910 г.

Сохранились они не все. Так, из двух книжных полок красного дерева, о которых упоминала вдова сына поэта, уцелела лишь одна. После Великой Отечественной войны научные работники Государственного музея-заповедника А. С. Пушкина в селе Михайловском обнаружили ее в Маркучае, на чердаке дома-музея. После реставрации полка вернулась в кабинет Пушкина в Михайловском.

В завещании В. А. Пушкиной говорилось: "Дом в Маркучай не может отдаваться внаймы или в аренду, а всегда должен быть в таком состоянии, в каком находится теперь, при моей жизни, дабы в имении Маркучай сохранялась и была в попечении память отца св[етлой] памяти] моего мужа, великого поэта А. С. Пушкина, и дабы равно центр им[ения] Маркучай, как и находящийся в нем жилой дом, в доказательство его памяти всегда служили культурно-просветительной цели"*.

* (Выписка из § 2 духовного завещания В. А. Пушкиной, совершенного 31 октября 1935 года. Пер. с польского. Хранится в музее А. С. Пушкина в Маркучае.)

Учитывая волю Варвары Алексеевны, Совет Министров Литовской ССР в середине августа 1940 года принял решение, по которому "усадьба и инвентарь имения Маркучай в предместье Вильно" передавались Государственному музею А. С. Пушкина в Москве*. Однако из-за вероломного нападения гитлеровской Германии на Советский Союз 22 июня 1941 года Маркучай так и не стал тогда филиалом музея А. С. Пушкина.

* (Об этом см.: "Известия", 1940, 15 августа.)

Вильнюсский музей поэта был открыт лишь через три года после победы над фашистской Германией.

Шесть нижних комнат особняка - мемориальная часть музея. Обстановка дома сохранилась едва ли не полностью*. Здесь все напоминает о бывших владельцах усадьбы. В кабинете Григория Александровича находятся два охотничьих рожка, сохранившихся от его богатой коллекции охотничьих принадлежностей. В библиотеке, обитой обоями, изготовленными по старым образцам, - свыше 600 книг и других изданий, принадлежавших ему же. Среди них многочисленные комплекты журналов "Природа и охота", "Новое слово", "Русская старина", "Научное обозрение", судебные руководства, сочинения Шекспира, Шиллера, Карамзина...

* (Научный сотрудник музея К. К. Пяткявичене рассказывала мне, что во время Великой Отечественной войны, до 1943 года, о сохранности дома в Маркучае и его обстановки неустанно заботился Назимов, бывший когда-то управляющим имением.)

Есть и первые издания произведений Пушкина: "Борис Годунов", "Евгений Онегин", "Руслан и Людмила" и другие.

В "Уголке Пушкина" (так называется одна из комнат дома-музея) стены и потолок задрапированы полотном, вытканным и вышитым михайловскими крепостными рукодельницами пушкинской поры. Здесь находятся фотокопия картины Н. Н. Ге "Пущин в гостях у Пушкина в Михайловском" с автографом художника "Григорию Александровичу Пушкину от Николая Ге. 1875" и два рисунка с посмертной маски Пушкина (работы профессора скульптуры Академии художеств С. И. Гальберга), выполненные бывшей хозяйкой усадьбы.

На стене гостиной - художественные вышивки, искусно сделанные ее же руками. В фондах музея хранятся десятки рисунков и портретов работы В. А. Пушкиной.

В настоящее время вильнюсский музей Пушкина располагает почти двумя тысячами экспонатов, связанных с поэтом и семьей его младшего сына. В Маркучае проводятся экскурсии, беседы и лекции о великом поэте, его творчеству посвящаются тематические выставки. А в последние годы проходят и праздники поэзии, на которые собираются сотни почитателей Пушкина.

* * *

...Сам А. С. Пушкин никогда в Вильне не был. Но в столице Литвы скрестились две тропинки к Пушкину. По одной из них в начале XVIII века прошел его знаменитый прадед Абрам Ганнибал, по другой - через двести лет - младший сын поэта, Григорий Александрович Пушкин.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2010-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://a-s-pushkin.ru/ "A-S-Pushkin.ru: Александр Сергеевич Пушкин"