1825

106. К. Ф. Рылееву

Благодарю тебя за ты и за письмо. Пущин привезет тебе отрывок из моих "Цыганов". Желаю, чтоб они тебе понравились. Жду "Полярной звезды" с нетерпеньем, знаешь для чего? для "Войнаровского". Эта поэма нужна была для нашей словесности. Бестужев пишет мне много об "Онегине" - скажи ему, что он неправ: ужели хочет он изгнать все легкое и веселое из области поэзии? куда же денутся сатиры и комедии? следственно, должно будет уничтожить и "Orlando furioso" , и "Гудибраса", и "Pucelle", и "Вер-Вера", и "Ренике фукс", и лучшую часть "Душеньки", и сказки Лафонтена, и басни Крылова etc. etc. etc. etc. etc. ... Это немного строго. Картины светской жизни также входят в область поэзии, но довольно об "Онегине".

Согласен с Бестужевым во мнении о критической статье Плетнева, но не совсем соглашаюсь с строгим приговором о Жуковском. Зачем кусать нам груди кормилицы нашей? потому что зубки прорезались? Что ни говори, Жуковский имел решительное влияние на дух нашей словесности; к тому же переводный слог его останется всегда образцовым. Ох! уж эта мне республика словесности. За что казнит, за что венчает? Что касается до Батюшкова, уважим в нем несчастия и несозревшие надежды. Прощай, поэт.

25 генваря.

107. П. А. Вяземскому

Что ты замолк? получил ли ты от меня письмо, где говорил я тебе об Ольдекопе, о собрании моих элегий, о Татьяне etc. В "Цветах" встретил я тебя и чуть не задохся со смеху, прочитав твою "Черту местности". Это маленькая прелесть. "Чистосердечный ответ" растянут: рифмы слезы, розы завели тебя. Краткость одно из достоинств сказки эпиграмматической. Сквозь кашель и сквозь слезы очень забавно, но вся мужнина речь до за гробом ревность мучит растянута и натянута. Еще мучительней вдвойне едва ли не плеоназм. Вот тебе критика длиннее твоей пиесы - да ты один можешь ввести и усовершенствовать этот род стихотворения. Руссо в нем образец, и его похабные эпиграммы стократ выше од и гимнов. - Прочел я в "Инвалиде" объявление о "Телеграфе". Что там моего? "Море" или "Телега"? Что мой Кюхля, за которого я стражду, но все люблю? говорят, его обстоятельства не хороши - чем не хороши? Жду к себе на днях брата и Дельвига - покамест я один-одинешенек; живу недорослем, валяюсь на лежанке и слушаю старые сказки да песни. Стихи не лезут. Я, кажется, писал тебе, что мои "Цыгане" никуда не годятся: не верь - я соврал - ты будешь ими очень доволен. "Онегин" печатается; брат и Плетнев смотрят за изданием; не ожидал я, чтоб он протерся сквозь цензуру - честь и слава Шишкову! Знаешь ты мое "Второе послание цензору"? там, между прочим,

 Обдумав наконец намеренья благие, 
 Министра честного наш добрый царь избрал, 
 Шишков наук уже правленье восприял. 
 Сей старец дорог нам: друг чести, друг народа, 
 Он славен славою двенадцатого года; 
 Один в толпе вельмож он русских муз любил, 
 Их, незамеченных, созвал, соединил; 
 Осиротелого венца Екатерины etc.

Так Арзамасец говорит ныне о деде Шишкове, tempora altri!^* вот почему я не решился по твоему совету к нему прибегнуть в деле своем с Ольдекопом. В подлостях нужно некоторое благородство. Я же подличал благонамеренно - имея в виду пользу нашей словесности и усмиренье кичливого Красовского. Прощай, кланяйся княгине - и детей поцелуй. Не правда ли, что письмо мое напоминает le faire^** Василья Львовича? Вот тебе и стишки в его же духе.

^* (другие времена! (лат.))

^** (манеру, стиль (франц.).)

          Приятелям 

 Враги мои, покамест я ни слова...*

^* (См. т. 2.)

Напечатай где-нибудь.

25 генеаря.

Как ты находишь статью, что написал наш Плетнев? экая ералашь! Ты спишь, Брут! Да скажи мне, кто у вас из Москвы так горячо вступился за немцев против Бестужева (которого я не читал). Хочешь еще эпиграмму?

 Наш друг Фита, Кутейкин в эполетах...*

^* (См. т. 2.)

Не выдавай меня, милый; не показывай этого никому: Фита бо друг сердца моего, муж благ, незлобив, удаляйся от всякия скверны.

108. П. А. Вяземскому

Пущин привезет тебе 600 рублей. Отдай их княгине Вере Федоровне и с моей благодарностию. Савелов большой подлец. Посылаю при сем к нему дружеское письмо. Перешли его в (конверте) в Одессу по оказии, а то по почте он скажет: не получил. Охотно извиняю и понимаю его -

 Но умный человек не может быть не плутом!

A propos^*. Читал я Чацкого - много ума и смешного в стихах, но во всей комедии ни плана, ни мысли главной, ни истины. Чацкий совсем не умный человек, но Грибоедов очень умен. Пришлите же мне ваш "Телеграф". Напечатан ли там Хвостов? что за прелесть его послание! достойно лучших его времен. А то он было сделался посредственным, как Василий Львович, Иванчин-Писарев - и проч. Каков Филимонов в своем Инвалидном объявлении. Милый, теперь одни глупости могут еще развлечь и рассмешить меня. Слава же Филимонову!

^* (Кстати (франц.).)

Пишу тебе в гостях с разбитой рукой - упал на льду не с лошади, а с лошадью: большая разница для моего наезднического честолюбия.

28 генваря.

109. А. А. Бестужеву

А. А. Бестужев. Акварель Н. А. Бестужева. 1828

Рылеев доставит тебе моих "Цыганов". Пожури моего брата за то, что он не сдержал своего слова - я не хотел, чтоб эта поэма известна была прежде времени - теперь нечего делать - принужден ее напечатать, пока не растаскают ее по клочкам.

Слушал Чацкого, но только один раз, и не с тем вниманием, коего он достоин. Вот что мельком успел я заметить:

Драматического писателя должно судить по законам, им самим над собою признанным. Следственно, не осуждаю ни плана, ни завязки, ни приличий комедии Грибоедова. Цель его - характеры и резкая картина нравов. В этом отношении Фамусов и Скалозуб превосходны. Софья начертана не ясно: не то (- - -), не то московская кузина. Молчалин не довольно резко подл; не нужно ли было сделать из него и труса? старая пружина, но штатский трус в большом свете между Чацким и Скалозубом мог быть очень забавен. Les propos de bal^*, сплетни, рассказ Репетилова о клобе, Загор едкий, всеми отъявленный и везде принятый - вот черты истинно комического гения. - Теперь вопрос. В комедии "Горе от ума" кто умное действующее лицо? ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пылкий, благородный и добрый малый, проведший несколько времени с очень умным человеком (именно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями, остротами и сатирическими замечаниями. Все, что говорит он, очень умно. Но кому говорит он все это? Фамусову? Скалозубу? На бале московским бабушкам? Молчалину? Это непростительно. Первый признак умного человека - с первого взгляду знать, с кем имеешь дело и не метать бисера перед Репетиловыми и тому подоб^**. Кстати, что такое Репетилов? в нем 2, 3, 10 характеров. Зачем делать его гадким? довольно, что он ветрен и глуп с таким простодушием; довольно, чтоб он признавался поминутно в своей глупости, а не мерзостях. Это смирение черезвычайно ново на театре, хоть кому из нас не случалось конфузиться, слушая ему подобных кающихся? - Между мастерскими чертами этой прелестной комедии - недоверчивость Чацкого в любви Софии к Молчалину прелестна! - и как натурально! Вот на чем должна была вертеться вся комедия, но Грибоедов, видно, не захотел - его воля. О стихах я не говорю: половина - должны войти в пословицу.

^* (Бальная болтовня (франц.).)

^** (Gleon Грессетов не умничает с Жеронтом, ни с Хлоей. (Прим. Пушкина.))

Покажи это Грибоедову. Может быть, я в ином ошибся. Слушая его комедию, я не критиковал, а наслаждался. Эти замечания пришли мне в голову после, когда уже не мог я справиться. По крайней мере говорю прямо, без обиняков, как истинному таланту.

Тебе, кажется, "Олег" не нравится; напрасно. Товарищеская любовь старого князя к своему коню и заботливость о его судьбе есть черта трогательного простодушия, да и происшествие само по себе в своей простоте имеет много поэтического. Лист кругом; на сей раз полно.

Я не получил "Литературных листков" Булгарина, тот №, где твоя критика на Бауринга. Вели прислать.

110. П. А. Вяземскому

Некогда мне писать княгине - благодари ее за попечение, за укоризны, даже за советы, ибо все носит отпечаток ее дружбы, для меня драгоценной. - Ты, конечно, прав; более чем когда-нибудь обязан я уважать себя - унизиться перед правительством была бы глупость - довольно ему одного Граббе.

Я писал тебе на днях - и послал некоторые стихи. Ты мне пишешь: пришли мне все стихи. Легко сказать! Пущин привезет тебе отрывки из "Цыганов" - заветных покамест нет.

111. Л. С. Пушкину

Я с тобою не бранюсь (хоть и хочется) по 18 причинам: 1) потому что это было бы напрасно...... "Цыганов", нечего делать, перепишу и пришлю к вам, а вы их тисните. Твои опасенья насчет приезда ко мне вовсе несправедливы. Я не в Шлиссельбурге, а при физической возможности свидания лишить оного двух братьев была бы жестокость без цели, следственно вовсе не в духе нашего времени, ни... -

Жду шума от "Онегина"; покамест мне довольно скучно: ты мне не присылаешь Conversations de Byron^* добро! но, милый мой, если только возможно, отыщи, купи, выпроси, укради "Записки" Фуше и давай мне их сюда; за них отдал бы я всего Шекспира; ты не воображаешь, что такое Fouche! Он по мне очаровательнее Байрона. Эти записки должны быть сто раз поучительнее, занимательнее, ярче записок Наполеона, то есть как политика, потому что в войне я ни черта не понимаю. На своей скале (прости боже мое согрешение!) Наполеон поглупел - во-первых, лжет как ребенок^**, 2) судит о таком-то не как Наполеон, а как парижский памфлетер, какой-нибудь Прадт или Гизо. Мне что-то очень, очень кажется, что Bertrand и Monthaulon подкуплены! тем более что самых важных сведений именно и не находится. Читал ты записки Наполеона? Если нет, так прочти: это, между прочим, прекрасный роман, mais tout ce qui est politique n'est fait que pour la canaille^***.

^* (Беседы Байрона (франц.).)

^** (То есть заметно. (Прим. Пушкина.))

^*** (но все, что относится к политике, писано только для черни (франц.).)

Довольно о вздоре, поговорим о важном. Мой Коншин написал, ей-богу, миленькую пьесу "Девушка влюбленному поэту" - кроме авторами. А куда он Коншин! его "Элегия" в "Цветах" какова? Твое суждение о комедии Грибоедова слишком строго. Бестужеву писал я об ней подробно; он покажет тебе письмо мое. По журналам вижу необыкновенное брожение мыслей; это предвещает перемену министерства на Парнасе. Я министр иностранных дел, и, кажется, дело до меня не касается. Если "Палей" пойдет, как начал, Рылеев будет министром. - Плетнев неосторожным усердием повредил Баратынскому; но "Эда" все поправит. Что Баратынский?.. И скоро ль, долго ль?.. как узнать? Где вестник искупленья? Бедный Баратынский, как об нем подумаешь, так поневоле постыдишься унывать. Прощай, стихов новых нет - пишу "Записки", но и презренная проза мне надоела.

Приехал граф Воронцов? узнай и отпиши мне, как отозвался он обо мне в свете - а о другом мне и знать не нужно.

Присоветуй Рылееву в новой его поэме поместить в свите Петра I нашего дедушку. Его арапская рожа произведет странное действие на всю картину Полтавской битвы.

112. П. А. Вяземскому

Скажи от меня Муханову, что ему грех шутить со мною шутки журнальные. Он без спросу взял у меня начало "Цыганов" и распустил его по свету. Варвар! ведь это кровь моя, ведь это деньги! теперь я должен и "Цыганов" распечатать, а вовсе не вовремя.

"Онегин" напечатан, думаю, уже выступил в свет. Ты увидишь в "Разговоре поэта и книгопродавца" мадригал князю Шаликову. Он милый поэт, человек достойный уважения, и надеюсь, что искренняя и полная похвала с моей стороны не будет ему неприятна. Он именно поэт прекрасного пола. Il a bien merite du sexe, et je suis bien aise de m'en etre explique publiquement^*.

^* (У него большие заслуги перед прекрасным полом, и я очень рад, что публично об этом заявил (франц.).)

Что же "Телеграф" обетованный? Ты в самом деле напечатал "Телегу", проказник? Прочие журналы все получаю - и более, чем когда-нибудь, чувствую необходимость какой-нибудь "Edinburgh review"^*. Да вот те Христос: литература мне надоела - прозы твоей брюхом хочу. Что издание Фонвизина?

^* ("Эдинбургского обозрения" (франц.).)

19 февраля.

Кланяюсь княгине и целую руки, хоть это из моды вышло.

113. Н. И. Гнедичу

Кажется, Вам обязан "Онегин" покровительством Шишкова и счастливым избавлением от Бирукова. Вижу, что дружба Ваша не изменилась, и это меня утешает.

Нынешние мои обстоятельства не позволяют мне и желать Ваших писем. Но жду стихов Ваших, хоть печатных, хоть рукописных. Песни греческие прелесть и tour de force^*. Об остроумном предисловии можно бы потолковать? Сходство песенной поэзии обоих народов явно - но причины?.. Брат говорил мне о скором совершении Вашего Гомера. Это будет первый классический, европейский подвиг в нашем отечестве (черт возьми это отечество). Но, отдохнув после "Илиады", что предпримете вы в полном цвете гения, возмужав во храме Гомеровом, как Ахилл в вертепе Кентавра? Я жду от Вас эпической поэмы. Тень Святослава скитается не воспетая, писали вы мне когда-то. А Владимир? а Мстислав? а Донской? а Ермак? а Пожарский? История народа принадлежит поэту.

^* (чудо мастерства (франц.).)

Когда Ваш корабль, нагруженный сокровищами Греции, входит в пристань при ожиданье толпы, стыжусь вам говорить о моей мелочной лавке № 1. - Много у меня начато, ничего не кончено. Сижу у моря, жду перемены погоды. Ничего не пишу, а читаю мало, потому что вы мало печатаете.

23 февр., день объявления греческого бунта Александром Ипсиланти.

114. Л. С. Пушкину

Получил, мой милый, милое письмо твое. Дельвига с нетерпением ожидаю. Жалею о строгих мерах, принятых в твоем отношении. Читал объявление об "Онегине" в "Пчеле": жду шума. Если издание раскупится, то приступи тотчас к изданию другому или условься с каким-нибудь книгопродавцем. Отпиши о впечатлении, им произведенном. У меня произошла перемена в министерстве: Розу Григорьевну я принужден был выгнать за непристойное поведение и слова, которых не должен я был вынести. А то бы она уморила няню, которая начала от нее худеть. Я велел Розе подать мне счеты. Она показала мне, что за два года (1823 и 4) ей ничего не платили (?). И считает по 200 руб. на год, итого 400 рублей. - По моему счету ей следует 100 р. Наличных денег у ней 300 р. Из оных 100 выдам ей, а 200 перешлю в Петербург. Узнай и отпиши обстоятельно, сколько именно положено ей благостыни и заплачено ли что-нибудь в эти два года. Я нарядил комитет, составленный из Василья, Архипа и старосты. Велел перемерить хлеб и открыл некоторые злоупотребления, то есть несколько утаенных четвертей. Впрочем, она мерзавка и воровка. Покамест я принял бразды правления.

Ты спрашиваешь, зачем пишу я Булгарину? потому что он мне друг. Есть у меня еще друзья: Сабуров Яшка, Муханов, Давыдов и проч. Эти друзья не в пример хуже Булгарина. Они на днях меня зарежут - покамест я почтенному Фаддею Венедиктовичу послал два отрывка из "Онегина", которых нет ни у Дельвига, ни у Бестужева, не было и не будет... а кто виноват? всё друзья, всё треклятые друзья.

Кланяйся моему другу Воейкову. Над или под "Морем и землею" должно было поставить "Идиллия Мосха". От этого я бы не удавился, а Бион старик при своем остался б. То же и об Иване Ивановиче Парни - но тут я сам виноват.

Если придет тебе пакет на имя Дельвига, то распечатай - позволяю. Плетнева целую и буду писать.

Да пришлите же мне "Старину" и "Талию", господи помилуй, не допросишься. Здесь письмо к Издателю или (- - -) "Невского альманаха". Прочитай его да доставь. Он, каналья, лжет на меня в афишках да мне присылает свое вранье - добро! Начало "Кота" Измайлова очень мило.

P. S. Слепой поп перевел Сираха (смотр. "Инвалид" № какой-то), издает по подписке - подпишись на несколько экз.

115. Л. С. Пушкину

Я было послал это в "Сын отечества", да, кажется, журнал сей противу меня восстанет, судя по сухому объявлению "Пчелы". В таком случае мне не годится там явиться, как даннику атамана Греча и есаула Булгарина. Дарю отрывки тебе: печатай, где хочешь.

116. Л. С. Пушкину

Брат, обнимаю тебя и падам до ног. Обнимаю также и алжирца Всеволожского. Перешли же мне проклятую мою рукопись - и давай уничтожать, переписывать и издавать. Как жаль, что тебя со мною не будет! дело бы пошло скорее и лучше - Дельвига жду, хоть он и не поможет. У него твой вкус, да не твой почерк. Элегии мои переписаны - потом послания, потом смесь, потом благословясь и в цензуру.

Душа моя, горчицы, рому, что-нибудь в уксусе - да книг: Conversations de Byron, Memoires de Fouche, "Талию", "Старину", да Sismondi (litterature), да Schlegel (dramaturgie), если есть у St. Florent^*. Хотел бы я также иметь "Новое издание Собрания русских стихотворений", да дорого - 75 р. Я и за всю Русь столько не даю. Посмотри однако ж.

^* (Беседы Байрона, мемуары Фуше..... Сисмонди (литература)... Шлегель (драматургия) .... Сен-Флорана (франц.).)

Каченовский восстал на меня. Напиши мне, благопристоен ли тон его критик - если нет, пришлю эпиграмму.

У вас ересь. Говорят, что в стихах - стихи не главное. Что же главное? проза? должно заранее истребить это гонением, кнутом, кольями, песнями на голос Один сижу во компании и тому под.

Анна Николаевна тебе кланяется и очень жалеет, что тебя здесь нет; потому что я влюбился и миртильничаю. Знаешь ее кузину Анну Ивановну Вульф; ессе femina!^*

^* (вот женщина! (лат.))

Мочи нет, хочется Дельвига. Писал я тебе о калошах? не надобно их. Гнедича песни получил. На днях буду писать ему с претензиями. Покамест благодари его - думаю, что экз. "Онегина" ты ему от меня поднес. Что касается до оных дам, надеюсь, что это шутка. А чего доброго! Однако ж это было бы мне во всяком случае очень неприятно.

Тригорское. 14 марта.

Достань у Рылеева или у Бестужева мои мелкие стихотворения и перешли мне скорее.

"Что ж ты обещался мне прислать Парни?"

117. Л. С. Пушкину

По получении рукописи. 14 марта.

Напрасно воображаешь ты, что я на тебя сержусь - И не думал. Несколько раз писал тебе, видно еще до тебя не дошло. Всеволожский со мною шутит. Я должен ему 1000, а не 500, переговори с ним и благодари очень за рукопись. Он славный человек, хоть и женится. Тотчас займусь новым собранием и перешлю тебе.

Ради бога, погоди в рассуждении отставки. Может быть, тебя притесняют без ведома царя. Просьбу твою могут почесть следствием моего внушения etc. etc. etc. - Погоди хоть Дельвига.

Уведомь о Баратынском - свечку поставлю за Закревского, если он его выручит.

118. Л. С. Пушкину и П. А. Плетневу

Брат Лев и брат Плетнев!

Третьего дня получил я мою рукопись. Сегодня отсылаю все мои новые и старые стихи. Я выстирал черное белье наскоро, а новое сшил на живую нитку. Но с вашей помощию надеюсь, что барыня публика меня по щекам не прибьет, как непотребную прачку.

Ошибки правописания, знаки препинания, описки, бессмыслицы прошу самим исправить - у меня на то глаз недостанет. - В порядке пиес держитесь также вашего благоусмотрения. Только не подражайте изданию Батюшкова - исключайте, марайте с плеча. Позволяю, прошу даже. Но для сего труда возьмите себе в помощники Жуковского, не во гнев Булгарину, и Гнедича, не во гнев Грибоедову. Эпиграфа или не надо, или из A. Chenier. Виньетку бы не худо; даже можно, даже нужно - даже ради Христа сделайте, именно: Психея, которая задумалась над цветком. (Кстати: что прелестнее строфы Жуковского. Он мнил, что вы с ним однородные и следующей. Конца не люблю.) Что, если б волшебная кисть Ф. Толстого... -

 Нет! слишком дорога! 
 А ужасть, как мила!..

К тому же, кроме Уткина, ничей резец не достоин его карандаша. - Впрочем, это все наружность. Иною прелестью пленяется...

Пересчитав посылаемые вам стихотворения, нахожу 60 или около (ибо часть подземным богам непредвидима). Бируков, человек просвещенный; кроме его, я ни с кем дела иметь не хочу. Он и в грозное время был милостив и жалостлив. Ныне повинуюсь его приговорам безусловно.

Что сказать вам об издании? Печатайте каждую пиесу на особенном листочке, исправно, чисто, как последнее издание Жуковского - и пожалуйста без ~~~ и без —— * —— и без == вся эта пестрота безобразна и напоминает Азию. Заглавие крупными буквами - и a la ligne^*. - Но каждую штуку особенно - хоть бы из четырех стихов состоящую - (разве из двух, так можно a la ligne и другую).

^* (с красной строки (франц.).)

60 пиес! довольно ли будет для одного тома? не прислать ли вам для наполнения "Царя Никиту и 40 его дочерей"?

Брат Лев! не серди журналистов! дурная политика!

Брат Плетнев! не пиши добрых критик! будь зубаст и бойся приторности!

Простите, дети! Я пьян.

15 марта.

119. А. А. Бестужеву

Во-первых, пришли мне свой адрес, чтоб я не докучал Булгарину. Рылееву не пишу. Жду сперва "Войнаровского". Скажи ему, что в отношении мнения Байрона он прав. Я хотел было покривить душой, да не удалось. И Bowles и Byron в своем споре заврались; у меня есть на то очень дельное опровержение. Хочешь перешлю? переписывать скучно. Откуда ты взял, что я льщу Рылееву? мнение свое о его "Думах" я сказал вслух и ясно; о поэмах его также. Очень знаю, что я его учитель в стихотворном языке, но он идет своею дорогою. Он в душе поэт. Я опасаюсь его не на шутку и жалею очень, что его не застрелил, когда имел тому случай - да черт его знал. Жду с нетерпением "Войнаровского" и перешлю ему все свои замечания. Ради Христа! чтоб он писал - да более, более!

Твое письмо очень умно, но все-таки ты не прав, все-таки ты смотришь на "Онегина" не с той точки, все-таки он лучшее произведение мое. Ты сравниваешь первую главу с "Дон Жуаном". - Никто более меня не уважает "Дон Жуана" (первые пять песен, других ре читал), но в нем ничего нет общего с "Онегиным". Ты говоришь о сатире англичанина Байрона и сравниваешь ее с моею, и требуешь от меня таковой же! Нет, моя душа, многого хочешь. Где у меня сатира? о ней и помину нет в "Евгении Онегине". У меня бы затрещала набережная, если б коснулся я сатиры. Самое слово сатирический не должно бы находиться в предисловии. Дождись других песен... Ах! если б заманить тебя в Михайловское!.. ты увидишь, что если уж и сравнивать "Онегина" с "Дон Жуаном", то разве в одном отношении: кто милее и прелестнее (gracieuse), Татьяна или Юлия? 1-я песнь просто быстрое введение, и я им доволен (что очень редко со мною случается). Сим заключаю поле мику нашу... Жду "Полярной звезды". Давай ее сюда. Предвижу, что буду с тобою согласен в твоих мнениях литературных. Надеюсь, что наконец отдашь справедливость Катенину. Это было бы кстати, благородно, достойно тебя. Ошибаться и усовершенствовать суждения свои сродно мыслящему созданию. Бескорыстное признание в оном требует душевной силы. Впрочем, этому буду рад для Катенина, а для себя жду твоих повестей да возьмись за роман - кто тебя держит. Вообрази: у нас ты будешь первый во всех значениях этого слова; в Европе также получишь свою цену - во-первых, как истинный талант, во-вторых, по новизне предметов, красок etc... Подумай, брат, об этом на досуге..... да тебе хочется в ротмистра!

24 март. Михайловское.

120. В. Ф. Вяземской

В. Ф. Вяземская. Рисунок Молинари. 1810

Chere et respectable Princesse, votre lettre m'a navre le coeur. Je n'avals pas l'idee du malheur qui vous est arrive; je n'essaierai pas de vous consoler, mais je partage du fond de Tame vos chagrins et vos angoisses. J'espere qu'a l'heure qu'il est le Prince et les enfants sont convalescents. Puisqu' Онегин peut le distraire, je m'en vais des ce moment me mettre a le copier et je lui enverrai. J'ecrirai aussi a mon frere pour qu'il lui envoye ce qu'il peut avoir de mes vers. Je demande seulement au Prince qu'il garde tout cela pour lui seul, et qu'il n'en lise rien a personne au monde.

Pouchtchine a eu tort de vous parler de mes inquietudes et de mes conjectures qui se sont trouvees fausses. Je n'ai aucune relation avec Odessa, j'ignore completement ce qui s'y passe.

Chere Princesse, soyez tranquille, s'il est possible. Donnez-moi des nouvelles de Votre famille et comptezmoi toujours au nombre de ceux qui vous sont le plus devoues.

24 mars.

(Перевод:

Дорогая и уважаемая княгиня, ваше письмо причинило мне глубокую душевную боль. Я но имел понятия о несчастии, постигшем вас; не буду пытаться вас утешить, но всей душой разделяю ваше горе и вашу тревогу. Надеюсь, что в настоящее время князь и дети уже выздоравливают. Так как "Онегин" может его развлечь, я немедля начну его переписывать и пришлю ему. Напишу также брату, чтобы он выслал ему все, что найдет у себя из моих стихов. Только прошу князя сохранить все это для себя лично и никому ничего не читать.

Пущин напрасно рассказал вам о моих тревогах и предположениях, которые оказались ошибочными. Я не поддерживаю никаких сношений с Одессой, и мне совершенно неизвестно, что там происходит.

Успокойтесь, дорогая княгиня, если это возможно. Сообщайте мне о вашей семье и считайте меня всегда в числе самых преданных своих друзей.

24 марта.)

121. Л. С. Пушкину

Душа моя, что за прелесть "Бабушкин кот"! я перечел два раза и одним духом всю повесть, теперь только и брежу Трифоном Фалелеичем Мурлыкиным. Выступаю плавно, зажмуря глаза, повертывая голову и выгибая спину. Погорельский ведь Перовский, не правда ли?

Об Вяземском получил известие. Перешли ему, душа моя, все, что ты имеешь на бумаге и в памяти из моих новых сочинений. Этим очень обяжешь меня и загладишь пакости твоего чтеньебесия.

Получил ли ты мои стихотворенья? Вот в чем должно состоять предисловие: Многие из сих стихотворений - дрянь и недостойны внимания россейской публики - но как они часто бывали печатаны бог весть кем, черт знает под какими заглавиями, с поправками наборщика и с ошибками издателя - так вот они, извольте-с кушать-с, хоть это-с (- - -) (сказать это помягче). 2) Мы (сиречь издатели) должны были из полного собрания выбросить многие штуки, которые могли бы показаться темными, будучи написаны в обстоятельствах неизвестных или малозанимательных для почтеннейшей публики (россейской) или могущие быть занимательными единственно некоторым частным лицам, или слишком незрелые, ибо г. Пшк. изволил печатать свои