Библиотека
Произведения
Иллюстрации
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

1828

247. П. А. Осиповой

24 января 1828 г. Из Петербурга в Тригорское

Je suis si honteux, Madame, d'avoir ete si longtemps sans vous ecrire, que j'ose a peine prendre la plume; ce n'est que le souvenir de votre amitie, souvenir qui me sera eternellement delicieux, et l'assurance que j'ai de l'indulgence de votre bonte, qui m'enhardissent encore aujourd'hui. Delvig, qui abandonne ses Fleurs pour des epines diplomatiques, vous parlera de notre existence a Petersbourg. Je vous avoue que cette existence est assez sotte, et que je brule de la changer de maniere ou d'autre. Je ne sais si je viendrai encore а Михайловское. Cependant c'eut ete mon desir. Je vous avoue, Madame, que le bruit et le tumulte de Petersbourg m'est devenu tout a fait etranger - je les supporte avec impatience. J'aime mieux votre beau jardin et le joli rivage de la Сороть. Vous voyez, Madame, que mes gouts sont encore poetiques malgre la vilaine prose de mon existence actuelle. Il est vrai qu'il est difficile de vous ecrire et de n'etre pas poete.

Agreez, Madame, l'assurance de mon respect et de mon entier devouement. Je salue de tout mon coeur toute votre charmante famille. Comment se trouve M-lle Euphrosine de son sejour a Torjok? et у fait-elle beaucoup de conquetes?

A. P.

24 Janvier.

(Перевод:

Мне ужасно совестно, сударыня, что я так долго не писал вам: я едва осмеливаюсь взяться за перо; и сейчас мне еще придают смелость лишь воспоминание о вашей дружбе, которое вечно будет для меня сладостным, и уверенность в вашей снисходительной доброте. Дельвиг, который покидает свои Цветы ради дипломатических терниев, расскажет вам о нашей жизни в Петербурге. Жизнь эта, признаться, довольно пустая, и я горю желанием так или иначе изменить ее. Не знаю, приеду ли я еще в Михайловское. Однако мне бы хотелось этого. Признаюсь, сударыня, шум и сутолока Петербурга мне стали совершенно чужды - я с трудом переношу их. Я предпочитаю ваш чудный сад и прелестные берега Сороти. Вы видите, сударыня, что, несмотря на отвратительную прозу нынешнего моего существования, у меня все же сохранились поэтические вкусы. Правда, мудрено писать вам и не быть поэтом.

Примите, сударыня, уверение в моем уважении и совершенной преданности. От всего сердца приветствую все ваше милое семейство. Довольна ли м-ль Евпраксия своим пребыванием в Торжке? И много ли она одерживает там побед?

А. П.

24 января.)

248. Е. М. Хитрово

6 февраля 1828 г. В Петербурге.

Que vous etes aimable d'avoir songe a consoler de votre souvenir 1'ennui de ma reclusion. Toute sorte d'embarras, de chagrins, de desagrements etc., m'avaient tenu plus que jamais eloigne du monde et ce n'est que malade moi-meme, que j'ai appris 1'accident de M-lie la comtesse. Arnt a eu la bonte de m'en donner des nouvelles et de me dire qu'elle allait beaucoup mieux. Des que mon etat me le permettra, j'espere, Madame, avoir le bonheur de venir de suite vous presenter mes respectueux hommages, en attendant je m'ennuie, sans avoir meme la distraction d'une souffrance physique.

Pouchkine.

Lundi.

Je prends la liberte, Madame, de vous envoyer la 4 et 5 partie d'Онегин, qui viennent de paraitre; je souhaite de bien bon coeur qu'elles vous fassent sourire.

(Перевод:

Как это мило с вашей стороны, что вы захотели рассеять скуку моего заточения своим вниманием! Разные заботы, огорчения, неприятности и т. д. более чем когда-либо удерживали меня вдали от света, и я узнал о несчастном случае с графиней, только уже будучи болен сам. Арендт был так добр, что дал мне сведения о ней и сообщил, что ей гораздо лучше. - Как только позволит состояние моего здоровья, я надеюсь, сударыня, иметь счастье немедленно засвидетельствовать вам свое почтение. А покамест я скучаю, лишенный даже такого развлечения, как физическое страдание.

Пушкин.

Понедельник.

Беру на себя смелость, сударыня, послать вам только что вышедшие 4 и 5 части Онегина. От всего сердца желаю, чтобы они вызвали у вас улыбку.)

249. Е. М. Хитрово

10 февраля 1828 г. В Петербурге

Un aussi triste malade que moi ne merite guere d'avoir une soeur grise aussi aimable que vous, Madame. Mais je suis bien reconnaissant de cette charite toute chretienne et toute charmante. Je suis charme que vous protegiez mon ami Онегин; votre remarque critique est aussi Juste que fine, comme tout ce que vous dites; je me serais empresse d'en venir recueillir d'autres, si je ne boitais encore un peu, et si je ne craignais les escaliers. Jusqu'a present je ne me permets que le rez de chaussee.

Daignez recevoir, Madame, l'hommage de ma reconnaissance et de ma parfaite consideration.

Pouchkine.

Vendredi.

(Перевод:

Такой скучный больной, как я, вовсе не заслуживает столь любезной сиделки, как вы, сударыня. Но я весьма признателен вам за это чисто христианское и поистине очаровательное милосердие. Я в восхищении, что вы покровительствуете моему другу Онегину; ваше критическое замечание столь же справедливо, как и тонко, как все, что вы говорите; я поспешил бы прийти и выслушать все остальные, если бы не хромал еще немного и не боялся лестниц. Пока что я разрешаю себе бывать только в нижних этажах.

Благоволите принять, сударыня, выражение моей благодарности и совершенного уважения.

Пушкин.

Пятница.)

250. М. П. Погодину

19 февраля 1828 г. Из Петербурга в Москву

Это слишком серьезно. См. замечание издателя "Московского вестника" о замечании издателя "Московского телеграфа" ("Московский вестник", 1828, № 2). Вот как должно их доезжать!

А Флимуш проклятый? а Магазины, Моды?

251. М. П. Погодину

19 февраля 1828 г. Из Петербурга в Москву

Вы всеконечно правы и угадали, что я в примечании Булгарина совсем не участвовал - ни делом, ни словом, ни согласием, ни ведением. Когда б я видел его корректуру, то, верно б, уже не пропустил выходку, которая так вас беспокоит. Печатайте ваше возражение, если вы думаете, что "Северная пчела" того стоит, а я не вмешиваюсь, ибо мое правило: не трогать чего знаете. Впрочем, здесь никто не заметил замечания.

О герой Шевырев! О витязь великосердый! - подвизайся, подвизайся! - А вы, любезный Михайло Петрович, утешьтесь и, как говорит Тредьяковский, плюньте на суку "Северную пчелу".

19 февраля.

На днях пришлю вам прозу - да Христа ради, не обижайте моих сирот-стишонков опечатками и т. п.

Шевыреву пишу особо. Грех ему не чувствовать Баратынского - но бог ему судья.

252. С. А. Соболевскому

Вторая половина февраля 1828 г. Из Петербурга в Москву

Безалаберный!

Ты ничего не пишешь мне о 2100 р., мною тебе должных, а пишешь мне о М-me Kern, которую с помощию божией я на днях (- - -). Вот в чем дело: хочешь ли оную сумму получить с "Московского вестника" - узнай, в состоянии ли они мне за нынешний год выдать 2100? и дай ответ - если нет, то получишь их со Смирдина в разные сроки. Что, душа моя Калибан? как это тебе нравится? Пиши мне о своих делах и планах. Кто у вас производит, кто потребляет? Кто этот атенеический мудрец, который так хорошо разобрал IV и V главу? Зубарев? или Иван Савельич? Я собирался к вам, мои милые, да не знаю, попаду ли: во всяком случае в Петербурге не остаюсь.

253. А. Х. Бенкендорфу

5 марта 1828 г. В Петербурге

Милостивый государь Александр Христофорович,

Позвольте мне принести Вашему превосходительству чувствительную мою благодарность за письмо, которое удостоился я получить.

Снисходительное одобрение государя императора есть лестнейшая для меня награда, и почитаю за счастие обязанность мою следовать высочайшему его соизволению.

С чувством глубочайшего почитания и сердечной преданности, честь имею быть, милостивый государь, Вашего превосходительства покорнейший слуга

Александр Пушкин.

5 марта 1828.

СПб.

Осмеливаюсь беспокоить Вас покорнейшей просьбою: лично узнать от Вашего превосходительства будущее мое назначение.

254. П. А. Осиповой

Около (не позднее) 10 марта (?) 1828 г. Из Петербурга в Тригорское

Je prends la liberte de vous envoyer les trois derniers chants d'Онегин, je souhaite qu'ils puissent meriter votre approbation. J'y joins un exemplaire pour M-elle Euphrosine, en la remerciant beaucoup de la reponse laconique qu'elle a daigne faire a ma question. Je ne sais, Madame, si j'aurai le bonheur de vous voir cette annee; on dit que vous vouliez venir a Petersbourg. Est-il vrai? cependant je compte toujours sur le voisinage de Trigorsk et de Зуево. Le sort aura beau faire, il faudra bien qu'a la fin nous nous reunissions sous les sorbiers de la Сороть. Agreez, Madame, vous et toute votre famille, l'assurance de mon respect, de mon amitie, de mes regrets et de mon parfait devouement.

(Перевод:

Беру на себя смелость послать вам три последние песни Онегина; надеюсь, что они заслужат ваше одобрение. Прилагаю еще один экземпляр для м-ль Евпраксии, принося ей большую благодарность за лаконический ответ, которым она удостоила мой вопрос. Не знаю, сударыня, буду ли я иметь счастье видеть вас в нынешнем году; говорят, что вы хотели приехать в Петербург. Правда ли это? Между тем я по-прежнему рассчитываю на соседство Тригорского и Зуева. - Назло судьбе мы в конце концов все же соберемся под рябинами Сороти. Примите, сударыня, выражение моего уважения, привязанности, сожалений и совершенной преданности вам и всему вашему семейству.)

255. И. Е. Великопольскому

Конец марта 1828 г. Из Петербурга в Москву

Любезный Иван Ермолаевич. Булгарин показал мне очень милые ваши стансы ко мне в ответ на мою шутку. Он сказал мне, что цензура не пропускает их, как личность, без моего согласия. К сожалению, я не мог согласиться.

 Глава Онегина вторая 
 Съезжала скромно на тузе,

и ваше примечание, - конечно, личность и неприличность. И вся станса недостойна вашего пера. Прочие очень милы. Мне кажется, что вы немножко мною недовольны. Правда ли? По крайней мере отзывается чем-то горьким ваше последнее стихотворение. Неужели вы захотите со мною поссориться не на шутку и заставить меня, вашего миролюбивого друга, включить неприязненные строфы в 8-ю главу "Онегина"? NB. Я не проигрывал 2-й главы, а ее экземплярами заплатил свой долг, так точно, как вы заплатили мне свой родительскими алмазами и 35-ю томами Энциклопедии. Что, если напечатать мне сие благонамеренное возражение? Но я надеюсь, что я не потерял вашего дружества и что мы при первом свидании мирно примемся за карты и за стихи.

Простите.

Весь Ваш А. П.

256. А. Х. Бенкендорфу

18 апреля 1828 г. В Петербурге

Милостивый государь Александр Христофорович,

По приказанию Вашего превосходительства, являлся я сегодня к Вам, дабы узнать решительно свое назначение, но меня не хотели пустить и позволить мне дожидаться.

Извините, Ваше превосходительство, если вновь осмеливаюсь Вам докучать, но судьба моя в Ваших руках, и Ваша неизменная снисходительность ободряет мою нескромность.

С истинным, глубочайшим почтением и сердечной преданностию, честь имею быть Вашего превосходительства, милостивый государь, покорнейшим слугою

Александр Пушкин.

18 апреля.

257. А. Х. Бенкендорфу

21 апреля 1828 г. В Петербурге

Милостивый государь Александр Христофорович,

Искренно сожалея, что желания мои не могли быть исполнены, с благоговением приемлю решение государя императора и приношу сердечную благодарность Вашему превосходительству за снисходительное Ваше обо мне ходатайство.

Так как следующие 6 или 7 месяцев остаюсь я, вероятно, в бездействии, то желал бы я провести сие время в Париже, что, может быть, впоследствии мне уже не удастся. Если Ваше превосходительство соизволите мне испросить от государя сие драгоценное дозволение, то вы мне сделаете новое, истинное благодеяние.

Пользуюсь сим последним случаем, дабы испросить от Вашего превосходительства подтверждения данного мне Вами на словах позволения: вновь издать раз уже напечатанные стихотворения мои.

Вновь поручая судьбу мою великодушному Вашему ходатайству, с глубочайшим почтением, совершенной преданностию и сердечной благодарностию, честь имею быть, милостивый государь, Вашего превосходительства всепокорнейший слуга

Александр Пушкин.

СПб.

1828. 21 апреля.

258. В. Ф. Вяземской

26 апреля 1828 г. Из Петербурга в Москву

Ваше сиятельство! Его сиятельство, несмотря на свою ревность, позволил моему благородию написать вам несколько строф (то есть строк). Во-первых, позвольте повергнуться мне к ножкам Вашего сиятельства и принести всеподданнейшую мою благодарность за собачку (символ моей к Вам верности), вышитую на канве собственными Вашими ручками и присланную мне в мое чухонское уединение. - Что делаете Вы, бесподобная княгиня, в Вашей саратовской степи, и что делает его сиятельство Павел, которого письма составляют единственное утешение наше? En second lieu je vous remercie pour la charmante lettre dont vous m'avez honore. Je ne 1'ai pas pour le moment sur mon coeur (c'est a dire dans ma poche), с'est pourquoi je me reserve pour un autre temps le plaisir de babiller et de vous faire la confession pleine et entiere que vous me demandez. Salut.

A. P.*

* (Во-вторых, благодарю вас за прелестное письмо, которым вы меня удостоили. В эту минуту его нет у моего сердца (то есть в моем кармане), почему я и откладываю до другого раза удовольствие поболтать с вами и принести вам полную и всестороннюю исповедь, которую вы у меня требуете. Будьте здоровы.

А. П. (франц.).)

259. Н. М. Языкову

14 июня 1828 г. Из Петербурга в Дерпт
 К тебе сбирался я давно 
 В немецкий град, тобой воспетый, 
 С тобой попить, как пьют поэты, 
 Тобой воспетое вино. 
 Уж зазывал меня с собою 
 Тобой воспетый Киселев, 
 И я с веселою душою 
 Оставить был совсем готов 
 Неволю невских берегов. 
 И что ж? Гербовые заботы 
 Схватили за полы меня, 
 И на Неве, хоть нет охоты, 
 Прикованным остался я. 
 О юность, юность удалая! 
 Могу ль тебя не пожалеть? 
 В долгах, бывало, утопая, 
 Заимодавцев убегая, 
 Готов был всюду я лететь; 
 Теперь докучно посещаю 
 Своих ленивых должников, 
 Остепенившись, проклинаю 
 Я тяжесть денег и годов. 

 Прости, певец! играй, пируй, 
 С Кипридой, Фебом торжествуй, 
 Не знай сиятельного чванства, 
 Не знай любезных должников 
 И не плати своих долгов 
 По праву русского дворянства. 

Стихов, ради бога стихов! Душа просит. Простите, желал бы сказать до свидания.

14 июня.

СПб.

260. М. П. Погодину

1 июля 1828 г. Из Петербурга в Москву

Простите мне долгое мое молчание, любезный Михайло Петрович; право, всякий день упрекал я себя в неизвинительной лени, всякий день собирался к вам писать и все не собрался. По сему самому не присылал вам ничего и в "Московский вестник". Правда, что и посылать было нечего; но дайте сроку - осень у ворот; я заберусь в деревню и пришлю вам оброк сполна. Надобно, чтоб наш журнал издавался и на следующий год. Он, конечно, буде сказано между нами, первый, единственный журнал на святой Руси. Должно терпением, добросовестностию, благородством и особенно настойчивостию оправдать ожидания истинных друзей словесности и ободрение великого Гете. Честь и слава милому нашему Шевыреву. Вы прекрасно сделали, что напечатали письмо нашего германского патриарха. Оно, надеюсь, даст Шевыреву более весу во мнении общем. А того-то нам и надобно. Пора уму и знаниям вытеснить Булгарина и Федорова; я здесь на досуге поддразниваю их за несогласие их мнений с мнением Гёте. За разбор "Мысли", одного из замечательнейших стихотворений текущей словесности, уже досталось нашим северным шмелям от Крылова, осудившего их и Шевырева, каждого по достоинству. Вперед! и да здравствует "Московский вестник"! Растолковали ли Вы Телеграфу, что он дурак? Ксенофонт Телеграф, в бытность свою в С.-Петербурге, со мною в том было согласился (но сие да будет между нами; Телеграф добрый и честный человек, и с ним я ссориться не хочу). Кланяйтесь Калибану. На днях пишу к нему. Пришлю ему денег, а Вам стихов. За сим обнимаю вас от сердца.

1 июля.

Лесной пейзаж. Рисунок Пушкина. 1833
Лесной пейзаж. Рисунок Пушкина. 1833

Кстати: похвалите "Славянина", он нам нужен, как навоз нужен пашне, как свинья нужна кухне, а Шишков Русской Академии. На днях читал я стихи Языкова, где говорит он о своих стихах:

 Что ж? в Белокаменную с богом, 
 В "Московский вестник". - Трудно, брат, 
 Он выступает в чине строгом, 
 Разборчив, строг, аристократ - 
 Так и приязнь ему не в лад 
 Со мной, парнасским демагогом. 
 Ну, в "Афиней". - Что "Афиней"? 
 Журнал казенно-философский, 
 Отступник Пушкина, злодей, 
 "Благонамеренный" московский. 

261. С. А. Соболевскому

3 июля 1828 г. Из Петербурга в Москву

Посылаю тебе что мог пока собрать: 1750 р. Из коих отошли, ради Христа, 250 Зубкову. Писать пока некогда. Прощай, обжирайся на здоровье.

3 июля.

Мой адрес: на имя Плетнева Петра Александровича - в Екатерининский институт.

262. А. Х. Бенкендорфу

Вторая половина (не ранее 17) августа 1828 г. В Петербурге

Вследствие высочайшего повеления господин обер-полицеймейстер требовал от меня подписки в том, что я впредь без предварительной обычной цензуры... Повинуюсь священной для меня воле; тем не менее прискорбна мне сия мера. Государь император в минуту для меня незабвенную изволил освободить меня от цензуры, я дал честное слово государю, которому изменить я не могу, не говоря уже о чести дворянина, но и по глубокой, искренней моей привязанности к царю и человеку. Требование полицейской подписки унижает меня в собственных моих глазах, и я, твердо чувствую, того не заслуживаю, и дал бы и в том честное мое слово, если б я смел еще надеяться, что оно имеет свою цену. Что касается до цензуры, если государю императору угодно уничтожить милость, мне оказанную, то, с горестью приемля знак царственного гнева, прошу Ваше превосходительство разрешить мне, как надлежит мне впредь поступать с моими сочинениями, которые, как Вам известно, составляют одно мое имущество.

Надеюсь, что Ваше превосходительство поймете и не примете в худую сторону смелость, с которою решаюсь объяснить. Она знак искреннего уважения человека, который чувствует себя...

263. П. А. Вяземскому

1 сентября 1828 г. Из Петербурга в Пензу

Благодарствуй за письмо - оно застало меня посреди хлопот и неприятностей всякого рода. Отвечаю наскоро на все твои запросы.

 Быть может, некогда восплачет обо мне

стих Гнедича (который теперь здесь) в переводе его Вольтерова "Танкреда":

 Un jour elle pleurera l'amant qu'elle a trahi; 
 Ce coeur qu'elle a perdu, ce coeur qu'elle dechire*.

* (

 Когда-нибудь она оплачет любовника, обманутого ею.
 Сердце, потерянное ею, сердце, терзаемое ею (франц.).

)

Успокоился ли ты? Пока Киселев и Полторацкие были здесь, я продолжал образ жизни, воспетый мною таким образом

 А в ненастные дни собирались они часто. 
 Гнули, (- - -) от 50-ти на 100. 
 И выгрывали и отписывали мелом. 
 Так в ненастные дни занимались они делом.

Но теперь мы все разбрелись. Киселев, говорят, уже в армии; Junior* в деревне; Голицын возится с Глинкою и учреждает родственно-аристократические праздники. Я пустился в свет, потому что бесприютен. Если б не твоя медная Венера, то я бы с тоски умер. Но она утешительно смешна и мила. Я ей пишу стихи. А она произвела меня в свои сводники (к чему влекли меня и всегдашняя склонность и нынешнее состоянье моего Благонамеренного, о коем можно сказать то же, что было сказано о его печатном тезке: ей-ей намерение благое, да исполнение плохое).

* (младший (лат.).)

Ты зовешь меня в Пензу, а того и гляди, что я поеду далее.

 Прямо, прямо на восток.

Мне навязалась на шею преглупая шутка. До правительства дошла наконец "Гавриилиада"; приписывают ее мне; донесли на меня, и я, вероятно, отвечу за чужие проказы, если кн. Дмитрий Горчаков не явится с того света отстаивать права на свою собственность. Это да будет между нами. Все это не весело, но критика кн. Павла веселит меня, как прелестный цвет, обещающий со временем плоды. Попроси его переслать мне свои замечания; я буду на них отвечать непременно. Благодарю тебя умом и сердцем, то есть вкусом и самолюбием - за портрет Пелагеи Николаевны. Стихов ей не шлю, ибо на такой дистанции не стреляют даже и турки. Перед княгиней Верой не смею поднять очей; однако ж вопрошаю, что думает она о происшествиях в Одессе (Раевский и графиня Воронцова).

Addio, idol mio* - пиши мне все в Петербург - пока -

* (Прощай, кумир мой (итал.).)

1 сентября

264. Е. М. Хитрово

Август - первая половина октября 1828 г. (?) В Петербурге

Mon Dieu, Madame, en disant des phrases en l'air, je n'ai jamais songe a des allusions inconvenantes. Mais voila comme vous etes toutes et voila pourquoi les femmes comme il faut et les grands sentiments sont ce que je crains le plus au monde. Vivent les grisettes. С'est bien plus court et bien plus commode. Si je ne viens pas chez vous, с'est que je suis tres occupe, que je ne puis m'absenter que tard, que j'ai mille personnes que je dois voir et que je ne vois pas.

Voulez-vous que je vous parle bien franchement? Peut-etre suis-je elegant et comme il faut dans mes ecrits; mais mon coeur est tout vulgaire et mes inclinations toutes tiers-etat. Je suis soul d'intrigues, de sentiments, de correspondance, etc. etc. J'ai le malheur d'avoir une liaison avec une personne d'esprit, maladive et passionnee - qui me fait enrager, quoique je l'aime de tout mon coeur. En voila bien assez pour mes soucis et surtout pour mon temperament.

Ma franchise ne vous fachera pas? n'est-ce pas? Pardonnez-moi donc des phrases qui n'avaient pas le sens commun et qui surtout ne vous regardaient en aucune maniere.

(Перевод:

Боже мой, сударыня, бросая слова на ветер, я был далек от мысли вкладывать в них какие-нибудь неподобающие намеки. Но все вы таковы, и вот почему я больше всего на свете боюсь порядочных женщин и возвышенных чувств. Да здравствуют гризетки! С ними гораздо проще и удобнее. Я не прихожу к вам потому, что очень занят, могу выходить из дому лишь поздно вечером и мне надо повидать тысячу людей, которых я все же не вижу.

Хотите, я буду совершенно откровенен? Может быть, я изящен и благовоспитан в моих писаниях, но сердце мое совершенно вульгарно, и наклонности у меня вполне мещанские. Я по горло сыт интригами, чувствами, перепиской и т. д. и т. д. Я имею несчастье состоять в связи с остроумной, болезненной и страстной особой, которая доводит меня до бешенства, хоть я и люблю ее всем сердцем. Всего этого слишком достаточно для моих забот, а главное - для моего темперамента.

Вы не будете на меня сердиться за откровенность? не правда ли? Простите же мне слова, лишенные смысла, а главное - не имеющие к вам никакого отношения.)

265. Е. М. Хитрово

Август - первая половина октября 1828 г. (?) В Петербурге

D'ou diable prenez vous que je sois fache? mais j'ai des embarras par-dessus la tete. Pardonnez mon laconisme et mon style de jacobin.

Mercredi.

(Перевод:

Откуда, черт возьми, вы взяли, что я сержусь? У меня хлопот выше головы. Простите мой лаконизм и якобинский слог.

Среда.)

266. Н. В. Путяте

Январь - середина октября 1828 г. (?) В Петербурге

M'etant approche hier d'une dame qui parlait a M-r de Lagrenee, celui-ci lui dit assez haut pour que je l'entendisse: renvoyez-le. Me trouvant force de demander raison de ce propos, je vous prie, Monsieur, de vouloir bien vous rendre aupres de M-r de Lagrenee et de lui parler en consequence.

Pouchkine.

Reponse s'il vous plait.

(Перевод:

Вчера, когда я подошел к одной даме, разговаривавшей с г-ном де Лагренэ, последний сказал ей достаточно громко, чтобы я его услышал: прогоните его. Поставленный в необходимость потребовать у него объяснений по поводу этих слов, прошу вас, милостивый государь, не отказать посетить г-на Лагренэ для соответственных с ним переговоров.

Пушкин.

Ответьте, пожалуйста.)

267. А. Н. Вульфу

27 октября 1828 г. Из Малинников в Петербург

Тверской Ловелас С.-Петербургскому Вальмону здравия и успехов желает.

———

Честь имею донести, что в здешней губернии, наполненной вашим воспоминанием, все обстоит благополучно. Меня приняли с достодолжным почитанием и благосклонностию. Утверждают, что вы гораздо хуже меня (в моральном отношении), и потому не смею надеяться на успехи, равные вашим. Требуемые от меня пояснения насчет вашего петербургского поведения дал я с откровенностию и простодушием, отчего и потекли некоторые слезы и вырвались некоторые недоброжелательные восклицания, как например: какой мерзавец! какая скверная душа! - но я притворился, что их не слышу. При сей верной оказии доношу вам, что Марья Васильевна Борисова есть цветок в пустыне, соловей в дичи лесной, перла в море и что я намерен на днях в нее влюбиться.

Здравствуйте; поклонение мое Анне Петровне, дружеское рукопожатие баронессе etc.

27 октября.

268. П. А. Осиновой

3 ноября 1828 г. Из Малинников в Тригорское

Mille remerciements, Madame, pour l'interet que vous daignez prendre a votre tout devoue serviteur. Je serais venu chez vous absolument, mais la nuit m'a surprise je ne sais trop comment au beau milieu de mes reveries. Ma sante est aussi bonne que possible.

A demain donc, Madame, et veuillez encore une fois recevoir mes tendres remerciements.

3 novembre.

(Перевод:

Тысяча благодарностей, сударыня, за внимание, которым вы удостаиваете вашего преданного слугу. Я бы непременно пришел к вам - но ночь внезапно застала меня среди моих мечтаний. Здоровье мое удовлетворительно, насколько это возможно.

Итак, до завтра, сударыня, и благоволите еще раз принять мою нежную благодарность.

3 ноября.)

269. А. А. Дельвигу

Середина ноября 1828 г. Из Малинников в Петербург
      Ответ Катенину. 

 Напрасно, пламенный поэт...*

* (См. т. 2.)

Вот тебе в "Цветы" ответ Катенину вместо ответа Готовцовой, который не готов. Я совершенно разучился любезничать: мне так же трудно проломать мадригал, (- - -). А все Софья Остафьевна виновата. Не знаю, долго ли останусь в здешнем краю. Жду ответа от Баратынского. К новому году, вероятно, явлюся к вам в Чухландию. Здесь мне очень весело. Прасковью Александровну я люблю душевно; жаль, что она хворает и все беспокоится. Соседи ездят смотреть на меня, как на собаку Мунито; скажи это графу Хвостову. Петр Маркович здесь повеселел и уморительно мил. На днях было сборище у одного соседа; я должен был туда приехать. Дети его родственницы, балованные ребятишки, хотели непременно туда же ехать. Мать принесла им изюму и черносливу и думала тихонько от них убраться. Но Петр Маркович их взбуторажил, он к ним прибежал: дети! дети! мать вас обманывает - не ешьте черносливу; поезжайте с нею. Там будет Пушкин - он весь сахарный, а зад его яблочный; его разрежут, и всем вам будет по кусочку - дети разревелись; не хотим черносливу, хотим Пушкина. Нечего делать - их повезли, и они сбежались ко мне облизываясь - но, увидев, что я не сахарный, а кожаный, совсем опешили. Здесь очень много хорошеньких девчонок (или девиц, как приказывает звать Борис Михайлович), я с ними вожусь платонически, и оттого толстею и поправляюсь в моем здоровье - прощай, поцелуй себя в пупок, если можешь. Сестра просит для своего Голубчика моего Ворона; как ты думаешь. Пускай шурин гравирует, а ты печатай. Vale et mihi favere*, как Евгений Онегин. Баронессе не говорю ничего - однако ж целую ручку, но весьма чопорно.

* (Будь здоров и благосклонен ко мне (лат.).)

270. А. А. Дельвигу

26 ноября 1828 г. Из Малинников в Петербург
 И недоверчиво и жадно...*

* (См. т. 2.)

А. А. Дельвиг. Рисунок В. П. Лангера. 1829
А. А. Дельвиг. Рисунок В. П. Лангера. 1829

Вот тебе ответ Готовцовой (черт ее побери), как ты находишь ces petits vers froids et coulants*. Что-то написал ей мой Вяземский? а от меня ей мало барыша. Да в чем она меня и впрям упрекает - ? в неучтивостях ли противу прекрасного полу, или в похабностях, или в беспорядочном поведении? Господь ее знает. Правда ли, что ты едешь зарыться в смоленской крупе? видишь, какую ты кашу наварил. Посылаешь меня за Баратынским, а сам и драла. Что мне с тобою делать? Здесь мне очень весело, ибо я деревенскую жизнь очень люблю. Здесь думают, что я приехал набирать строфы в "Онегина", и стращают мною ребят, как букою. А я езжу по пороше, играю в вист по 8 гривн роберт - и таким образом прилепляюсь к прелестям добродетели и гнушаюсь сетей порока - скажи это нашим дамам; я приеду к ним омолодившийся и телом и душою (- - -) полно. Я что-то сегодня с тобою разоврался.

* (Эти холодные и гладенькие стишки (франц.).)

26 ноября.

Что "Илиада" и что Гнедич?

271. Издателям "Cеверных цветов на 1829 год"

Декабрь 1828 г. Из Москвы в Петербург

П. А. Катенин дал мне право располагать этим прекрасным стихотворением. Я уверен, что вам будет приятно украсить им ваши "Северные цветы".

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2010-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://a-s-pushkin.ru/ "A-S-Pushkin.ru: Александр Сергеевич Пушкин"